Книга: Сталкер (сборник рассказов)

Тусклый свет луны едва пробивался сквозь зеленоватую предрассветную дымку. От болота тянуло сыростью и гнилью. Было слышно, как над его мёртвой, затянутой бурой пеной поверхностью, среди почерневшего, чахлого тростника едва слышно потрескивает «комариная плешь».

Стоит только человеку или зверю неосторожно приблизиться к ней, не заметив мерцающих зеленоватых искр, и чудовищной силы гравитационное поле схватит его, скрутит, ломая все кости и разрывая сухожилия, в жгут, в смертельной карусели поднимет в воздух, и, разрядившись, разорвёт в кровавые клочья. И тогда, возможно, на краю такой «плеши», отчаянный сталкер–одиночка найдет чудесный, мерцающий артефакт – все, что осталось от полного жизни человека и его снаряжения, сплавленного чудовищным давлением в кусок вещества с удивительными свойствами.

На краю болота затрещал кустарник, послышался тяжеловесный топот. Через заросли, издавая странный резкий визг, ломилось небольшое стадо вспугнутых с лёжки плотей. Псевдоплоти, или мутировавшие потомки домашних свиней, были существами, способными жить в местах, заражённых радиацией. Платой за эту способность служили их исковерканные Зоной тела. Они имели кошмарный внешний вид: на высоких, тонких, покрытых хитином ногах с острыми, как лезвия копытами, высились огромные бесформенные туши. На хищных, плоских мордах горели злобой ко всему живому три выпученных глаза. Осторожные и коварные, плоти редко отваживались нападать на добычу в одиночку, поэтому собирались в небольшие группы, и горе тому существу, которое неосторожно приблизилось бы к ним.

Мохнатый псевдопёс, весь покрытый бисером росы, поднял голову и прислушался. Утреннюю тишину прорезал многоголосый вой – стая слепсов вышла на охоту. Слепсы – потомки обычных собак, попавших под воздействие Зоны, обычно охотились стаями. Безжалостная Зона лишила слепсов глаз, но одарила их способностью к эхолокации. Слепые псы прекрасно ориентировались среди опасных аномалий Зоны, совершенно не нуждаясь в зрении.

Псевдопёс жалобно взвизгнул и попытался подняться на ноги, что ему удалось с большим трудом, - левая передняя лапа висела как плеть. Во время вчерашней охоты ему не повезло. Плоти, собираясь в группы, представляли собой нешуточную угрозу, поэтому псевдопсы предпочитали отбивать от стада одиночек.

… В тот вечер стая слепсов, к которой он присоединился, загнала крупного самца псевдоплоти, который, чувствуя близкий конец, яростно отбивался от нападающих слепсов передними ногами с острыми, как пики, копытами. В толчее боя один из ударов копыта пришелся по правой передней лопатке псевдопса. Хрипя от ярости, пес вцепился в загривок визжащей твари, бешено молотящей своими паучьими лапами. Слепсы тесным кольцом сгрудились вокруг вожака, оскаленные слепые морды почти касались борющихся, жаркое дыхание опаляло их бока. Псевдопес всем телом повис на плоти, резкими рывками пытаясь сбить его с ног, но сломанная лопатка не давала ему опереться на все лапы. Зубы псевдопса располосовали загривок плоти и когда он, в очередной раз, рванулся в смертельном ужасе, пытаясь освободиться, пес не удержался на ногах и упал, а плоть высоким скачком перескочил через него и с визгом вломился в кустарник. Стая яростно взвыла и снова бросилась в погоню за ускользающей добычей. Псевдопёс, тяжело дыша, поднялся на ноги и посмотрел им вслед. Он попытался опереться на сломанную ногу, но идти не смог, поэтому, забился в кусты и стал зализывать рану. Ему повезло, что плоть увёл стаю за собой, - если бы слепсы обнаружили, что он ранен, судьба его была бы решена: стая всегда добивала подранков, - таков закон Зоны, слабым в Зоне не место…

Псевдопсы были разновидностью слепсов, но сохранившие способность видеть. Они нередко охотились вместе со своими слепыми собратьями, частенько отбивая у них добычу, что не удивительно при их телепатических способностях.

Поговаривали о том, что псевдопсы могли посылать свои фантомы, способные убить жертву, не вынуждая своего хозяина нападать самому. Эти удивительные, психотелекинетические способности – подарок самой Зоны, позволивший им адаптироваться в этой враждебной среде.

Псевдопёс чутко повел короткими острыми ушами, - вдалеке, из-за болота ещё доносился едва различимый вой охотящихся сородичей и визг плотей. С трудом он сделал несколько шагов и снова, тяжело дыша, остановился. Сломанная лопатка воспалилась и не давала опереться на ногу, причиняя острую боль. Если бы у него была возможность отлежаться где-нибудь в укрытии несколько дней, он сумел бы оправиться от раны – у псевдопсов есть такая способность – любые раны, даже пулевые ранения, заживают у них в считанные дни за счёт быстрой регенерации тканей. Сталкеры даже охотятся на псевдопсов из-за этой их особенности. Умельцы изготавливают из их хвостов элексиры для заживления ран, которые очень высоко ценятся среди сталкеров.

Псевдопёс не мог оставаться на месте, - он уже несколько дней голодал и после ранения сильно ослаб. Но больше всего его мучила жажда. Поэтому, преодолевая слабость и боль, он, хромая, побрел к недалекому болоту. Тем временем почти совсем рассвело, и пес уже улавливал ноздрями запах застоявшейся воды, но дорогу ему преградил невысокий песчаный откос. Обойти его стороной не было сил, и он поднял голову, выискивая более пологое место для подъема, как вдруг его взгляд встретился с другим взглядом. Хриплое рычание вырвалось из его пересохшей глотки, глубоко сидящие глаза на приплюснутой морде вспыхнули зловещим красным светом, а густая шерсть на спине и плечах встала дыбом.

Перед ним на откосе, на большом валуне, положив автомат на колени, сидел смертельный враг - человек.

Несколько бесконечных мгновений они не отрываясь, смотрели друг другу в глаза. Стрелку еще никогда не доводилось видеть так близко от себя живого псевдопса, тем более - смотреть ему в глаза. Нападения псевдопсов всегда бывали молниеносными, подпускать их близко было смертельно опасно, особенно одинокому путнику. Сталкер уже некоторое время назад заметил, как пёс с трудом ковыляет в его сторону, и решил посмотреть, куда он направляется.

Пёс с ненавистью смотрел на человека, - раньше он уже успел познакомиться с огнестрельным оружием и один только вид человека приводил его в ярость. Красная пелена застилала ему глаза, – перед ним была пища, ему хотелось вцепиться человеку в горло, - голод и жажда доводили его до неистовства.

- Что, брат, сожрать меня хочешь? – негромко, с усмешкой, произнес сталкер, - Ну-ну, посмотрим!

Пёс шарахнулся в сторону от звука человеческого голоса, но, ни напасть, ни убежать не было сил и он, оскалившись, продолжал пристально следить за человеком. Тот, обернувшись, нашарил свой рюкзак, вытащил из него кусок копчёной кабанятины и бросил псу под ноги. Пёс снова шарахнулся, не удержался на ногах, упал на бок, потом присел на задние лапы, держа сломанную на весу.

Дразнящий запах копчёного мяса коснулся его обоняния, но пёс по-прежнему не спускал с человека глаз, тяжело поводя впалыми боками.

- Не хочешь? А вот это? – сталкер вынул из рюкзака миску, отстегнул с пояса флягу и налил в миску немного воды. Потом, держа автомат под рукой, осторожно сполз со склона, поставил миску на землю и снова взобрался на свой наблюдательный пост. Пёс, не переставая глухо рычать, не отрываясь, наблюдал за ним. Но звук рычания изменился – пёс почуял воду, жажда сводила его с ума, и даже присутствие человека и его запах не могли остановить его. Пес доковылял до миски, постоял над ней, недоверчиво вглядываясь в человека, а затем жадно стал лакать воду длинным черным языком.

- Вот так-то лучше! – снова негромко сказал сталкер.

При звуке его голоса пес прижал уши и скосил на него глаза. Но лакать не перестал, пока вода не закончилась. Затем снова отошёл на прежнее место и прилёг, глядя на человека.

- Ну, что смотришь? – усмехнулся сталкер, - И что мы теперь делать будем? Ведь ты же оклемаешься и сожрёшь меня! Или не сожрёшь?

Пёс навострил уши, но уже не зарычал. Человек ещё раз достал флягу, показал её псу, снова осторожно слез с обрыва и, вылив оставшуюся воду в миску, отошёл в сторону.

Пёс долго смотрел на него, потом тяжело поднялся, подошел к миске, долакал воду, и снова улёгся на прежнем месте.

- Молодец! А у тебя, оказывается, есть мозги! Ну, будем надеяться, что пока у нас – перемирие! Интересно, чем все это закончится? Как ты думаешь, брат? – сталкер забрался на откос, огляделся ещё раз по сторонам и улёгся под прикрытием валуна на кусок брезента, не спуская глаз с псевдопса. Тот глянул несколько раз в его сторону, потом подобрал кусок кабанятины и, в мгновение ока, проглотил его. Сталкер усмехнулся и бросил ему ещё один.

Два дня спустя Стрелок вернулся к привычному уже валуну на откосе с очередным угощением для пса. На краю болота он подстрелил молодую плоть и сейчас еле доволок до стоянки её окорок. Он удивился, увидев пса, сидящего около едва тлеющего костра – тот никогда не подходил к месту ночёвки сталкера. Увидев человека, пёс спрыгнул с откоса на своё привычное место и облизнулся, ожидая очередной подачки.

- Что, проголодался, брат? Вижу, теперь ты и сам сможешь охотиться. Держи, - это последняя халява!- со смешком Стрелок сбросил ему мясо.

– У-у-у, зверюга! – одобрительно проговорил сталкер, наблюдая, как пёс крепкими челюстями кромсает подношение. – Ешь, ешь! Жаль, ближе не сошлись! А то привёл бы тебя в Бар, - народ просто обалдел бы от такого зрелища! Ведь не поверят же! А на поводок тебя не пристегнёшь, верно, псина?

Пёс внимательно слушал его монолог. Он уже давно не рычал при звуке его голоса, красновато-коричневая шерсть не вставала дыбом и в красных глазах на плоской, почти обезьяньей морде, не вспыхивал огонь ненависти.

- Ну, что, брат? Пора прощаться! Я и так задержался тут с тобой. Да и Выброс скоро. Мяса тебе на пару дней хватит, кость срослась, проживёшь! Ну, прощевай, может, свидимся ещё! – сталкер собрал рюкзак, присыпал землёй костер, забросил калаш на плечо, махнул псу рукой, и, повернувшись, зашагал в сторону Свалки.

Боезапас был на исходе, так как Стрелок вышел из глубокого рейда, в рюкзаке, в ячейке небольшого контейнера лежал новый, неизвестный ему артефакт в пару с его неразлучным антирадиационным «морским ежом». Впереди предстоял отдых, общение с друзьями, - на Кордоне его должен был поджидать старый знакомец – Призрак, да и Клык обещал подскочить, - надо будет с ребятами обсудить новый интересный маршрут…

Пёс, прекратив есть, долго смотрел ему вслед, пока фигура сталкера не скрылась за искривлёнными чахлыми сосёнками…

Стрелок сделал большой крюк, обходя старое паровозное депо, – его контролировали сталкеры-нейтралы, но в последнее время всё чаще в его окрестностях видели бандитов. Время от времени их небольшие банды приходили из Тёмной долины, где была их основная база, на Свалку, чтобы пощипать новичков, или подкараулить сталкера, возвращающегося на Кордон с хабаром из рейда вглубь Зоны, куда сами отморозки соваться не рисковали. Нарваться на них, учитывая дефицит патронов, не очень-то хотелось.

Стрелок внимательно вглядывался в окрестности, привычно отмечая расположение аномалий, время от времени сверяясь с детектором. Счетчик радиации, встроенный в часовой браслет, негромко защёлкал, предупреждая об опасности. Стрелок приблизился к Свалке – трём огромным радиоактивным холмам. Сюда, после первого взрыва на Чернобыльской атомной станции, свозили весь заражённый хлам, потом его засыпали землёй, заливали с вертолетов бетоном. С тех пор кислотные дожди размыли горы мусора, бетон раскрошился, оплывшие склоны поросли зарослями «держи-держи», как называли сталкеры кустарник, напоминающий клубки колючей проволоки с очень прочными шипами, прорубиться сквозь который можно было лишь с большим трудом.

Недалеко от Свалки, огороженное колючей проволокой, располагалось кладбище автомашин, куда свозилась вся зараженная техника, - на площадке посреди неё даже стоял повреждённый военный вертолёт, брошенная раскуроченная военная техника, БМП. От кладбища тоже довольно сильно «фонило», но сталкеры нередко бывали здесь, – в стороне стоял «чистый» вагончик, в котором иногда и жили сталкеры, промышляющие на Свалке.

Среди просевшего разнородного хлама вокруг Свалки густо гнездились аномалии, - «воронки», «комариные плеши», «карусели», около них иногда попадались любопытные вещицы.

От радиации люди спасались «антирадами» - один укол в три дня, радиочастицы выводились из организма с отходами жизнедеятельности. На саму Свалку сунуться без специального антирадиационного костюма было просто немыслимо – слишком высок был радиационный фон, - «антирад» был здесь бессилен. Но всё равно находились отчаянные головы, которые пытались рыться на Свалке, разыскивая артефакты – найти их в более доступных местах удавалось всё реже.

Здесь очень ценили «морских ежей», артефакты, образующиеся иногда у крупных скоплений аномальноизменённых растений, называемых сталкерами «жгучим пухом». Такое название растение получило за то, что при приближении живого организма «жгучий пух» выбрасывал в сторону пришельца облако спор, которые при попадании на незащищённую кожу вызывали обширные, очень болезненные ожоги. Поговаривали даже, что «морские ежи» - не что иное, как плоды «жгучего пуха». Тем не менее, при ношении «ежа» у человека уменьшалась свёртываемость крови - и при кровотечениях из ушей и носа, вместе с кровью выводились радионуклеиды, что было не очень удобно, но зато действенно. Были и менее экзотичные способы защиты, например, артефакт «кристалл» создавал поле, экранирующее своего носителя от воздействия радиации, но он был настолько редок и дорог, что сталкеры предпочитали более доступных «ежей».

Взглянув на показания счётчика радиации, Стрелок остановился, вынул из контейнера в рюкзаке своего «ежа» и переложил его в нагрудный карман своей кожаной охотничьей куртки, усиленной вшитыми кевларовыми пластинами. Он нашёл его недалеко от Свалки, ещё в прошлую экспедицию, когда разведывал дорогу на Агропром. В тот раз….

Стрелок вышел на старую потрескавшуюся асфальтовую дорогу, ведущую мимо кладбища машин к дозорному посту нейтралов, расположенному у выхода со Свалки. Дальше шли знакомые, исхоженные места, дорога на Кордон, - уже завтра, к вечеру, он увидится с друзьями.

Через дорогу протянулись длинные тени от придорожных тополей, тусклое солнце зоны клонилось к закату, из низин потянуло сыростью и прелью. Далеко, за холмом, тоскливо провыл слепс, где-то со стороны болота ему откликнулся другой, - охотники собирались на ловлю. Стрелок прибавил шаг, впереди уже показались бетонные блоки поста, разбитый БТР, перегородивший дорогу и ржавый автобус с выбитыми стёклами, который ребята-нейтралы приспособили для жилья. Основная база нейтралов располагалась недалеко от разрушенного железнодорожного моста в районе Кордона, в развалинах старой животноводческой фермы, а на Свалке они оборудовали наблюдательный пост из-за постоянных набегов бандитов. Нейтралы не принадлежали ни к одному из сталкерских кланов, не желая присоединяться к ним из любви к свободе и независимости. Фактически все они являлись одиночками, но реалии Зоны всё равно вынуждали их объединяться в группы.

День клонился к вечеру, надвигались сумерки, Стрелок уже видел в разстрескавшихся стёклах автобуса на посту весёлые отблески костра, горевшего в железной бочке за блоками заграждения. Он миновал разбитый БТР и, удивившись, что его до сих пор не окликнули дозорные, свистнул, предупреждая о своём появлении, опасаясь, что зазевавшийся часовой может пальнуть в него. С ребятами на посту он был хорошо знаком и не ожидал здесь никаких неприятностей. Вдруг он краем глаза заметил, как от БТР-а за его спиной к нему метнулась чёрная тень и в спину ему упёрся короткий ствол «Узи».

- Куда торопишься, сталкер?- услышал он хриплый, незнакомый ему голос.

Из-за бетонных блоков появились ещё две фигуры в чёрных кожаных плащах и полумасках на лицах. В руках у всех были короткоствольные пистолеты-пулеметы.

- Ну что, пацан, добегался? Давай, показывай, что ты нам притаранил?- заржал один из подошедших. Второй потянулся к «калашу» Стрелка, висящему у него на плече.

- «Вот чёрт! Бандиты! Надо же так, по-глупому, вляпаться! А что же с ребятами с блок-поста?! Убиты? Или эти отморозки их просто повязали?» – мысли лихорадочно метались в голове у Стрелка, - «А я-то, хорош, расслабился! Пёрся, как у себя дома! Так кто ж думал?!»

Он мягко шагнул в сторону, перенёс вес тела на согнутую правую ногу, на лету перехватил ствол стоявшего позади бандита и резко дёрнул его на себя, сделав подсечку. Бандит с воплем полетел вперёд на своего напарника, сбив его с ног.

Третий успел среагировать и замахнулся, намереваясь ударить Стрелка в лицо прикладом «Узи», но сталкер был проворнее, - он увернулся и удар прошёл вскользь, лишь задев плечо. Стрелок тут же прыгнул в сторону, сделав оборот вокруг себя, и ударил его ногой в переносицу. Бандит кубарем отлетел к костру у блоков.

- Ах ты, гнида! Убью. – заорал первый, вскакивая на ноги и вскидывая «Узи».

- Мочи козла! – завопил второй, увидев, что Стрелок прыгнул к своему упавшему автомату.

Перед глазами Стрелка вспыхнула автоматная очередь, две пули впились в грудь, одна задела плечо. Легко бронированная куртка не выдержала стрельбы почти в упор. Очередью его отбросило к БТР-у, он ударился о колесо спиной и сполз по нему на землю. В глазах заплясали огненные круги, на губах выступила кровь.

- «Всё! Это конец!» – мелькнула в мозгу мысль, он закашлялся.

- Смотри-ка, ещё не сдох! Сволочь! – к нему, шатаясь, подошёл бандит, которому он сломал нос. – На, получай! – он злобно пнул Стрелка в бок.

- Эй, Лютый! – обернулся он к главарю. - Что с этим делать будем? Добить, как тех, с поста?

- Оставь его, Бугай, он и так не жилец, сам сдохнет! – заржал главный, - Сивый, тащи сюда его рюкзак, посмотрим, что там у него есть!

Сивый подобрал автомат и, подхватив рюкзак, который Стрелок успел сбросить в драке, и направился к главарю.

- «Чёрт, как нелепо всё закончилось!» – подумал Стрелок, глядя на бандитов сквозь багровую муть, застилающую глаза.

Сивый протянул Лютому рюкзак. Главарь принялся отстёгивать верхний клапан, как вдруг остолбенел от испуга: грозный хриплый рёв раздался, казалось, со всех сторон сразу. Бандиты в ужасе завопили и схватились за оружие. Лютый, краем глаза увидел, как прямо из темноты к нему метнулась чёрная в сумерках тень, с кроваво горящими глазами, и тут же, получив страшный толчок в грудь, он полетел наземь. Последнее, что он почувствовал, заваливаясь назад, как острые клыки впились ему в горло, вырывая трахею. Вокруг оставшихся бандитов заметались такие же дьявольские тени с горящими в темноте глазами. Бандиты панически отстреливались, вопя от ужаса – они своими глазами видели, как их пули попадали в эти тени, но вместо трупов врагов появлялись лишь радужные вспышки фантомов. Вскоре всё было кончено, - на блок посту остались только трупы. Огромный, ощетинившийся псевдопёс медленно крался к беспомощному и безоружному человеку у БТР-а.

- «Ну вот, теперь-то уж точно, - конец!» – мелькнула в угасающем сознании сталкера мысль, когда пёс подошёл вплотную к нему и жарко дохнул ему в лицо.

Стрелок потерял сознание и потому не увидел, как псевдопёс обнюхал его пропитанную кровью куртку и горестно завыл, задрав безобразную морду к небу. Затем, ещё раз обнюхав бесчувственное тело, он отошёл от сталкера в сторону, но скоро вернулся назад, притащив в зубах его рюкзак. Подойдя к человеку, он бросил рюкзак рядом с ним. Из разбитого контейнера выпал необычный, светящийся переливчатым янтарным светом артефакт. Пёс подтолкнул его мордой к неподвижному телу Стрелка, огляделся по сторонам и улёгся рядом с ним, чутко вслушиваясь в наступившую тишину…

… Первое, что увидел утром Стрелок, открыв глаза, была «улыбающаяся» жутким частоколом зубов морда псевдопса, прямо перед его лицом. Стрелок в ужасе дёрнулся и зажмурился. В голове мелькнула наивная мысль, что если он закроет глаза, как в детстве, то «кошмар» исчезнет. Несколько мгновений спустя он снова приоткрыл глаза, – но «кошмар» не исчез. Более того, страшная зверюга ткнулась холодным носом в его руку. Стрелок скосил туда глаза и увидел, что его пальцы судорожно прижимают к груди тот самый незнакомый артефакт, который он недавно добыл возле аномалии «карусель», около выхода в Тёмную долину, потратив на это полдня и штук двадцать болтов. Потом взгляд его переместился на грудь, - вся куртка была залита запёкшейся кровью. От попадания пуль на ней остались рваные дыры. Стрелок вновь вздрогнул, вспомнив, вчерашнюю встречу с бандитами. Косясь на выжидательно смотрящего на него пса, он осторожно расстегнул куртку и с опаской потянул молнию комбинезона вниз, ожидая увидеть страшные раны. Но его опасения не подтвердились, – от сквозных пулевых ранений остались только розовые отметины. Стрелок схватился за плечо, - там рана тоже затянулась. Он с опаской посмотрел на пса, который, продолжая жутко «улыбаться», внимательно наблюдал за ним. Тогда он осторожно попытался подняться на ноги. Голова слегка кружилась, ноги дрожали от слабости, но, в общем, чувствовал он себя вполне неплохо.

- Как же такое могло случиться? – подумал Стрелок и поднёс руку с артефактом к глазам. – Неужели это этот артефакт оказал такое воздействие?! Просто невероятно! Сталкер спрятал его в нагрудный карман куртки и повернулся к псевдопсу:

- Спасибо, дружище! Теперь мы – квиты! Жизнь за жизнь! Если бы не ты, мне бы уже конец пришёл!

Псевдопёс внимательно слушал его, свесив из пасти набок длинный чёрный язык…

… Стрелок задержался на блок-посту до следующего утра. Немного придя в себя, он похоронил сталкеров в одной братской могиле, а бандитов прикопал в узкой ложбине неподалёку. Затем собрал снаряжение, боеприпасы и продукты, заменил свою пришедшую в негодность куртку на снятую с одного из бандитов. Лишний хабар припрятал в укромном месте и, проведя ночь под охраной лохматого телохранителя, рано утром двинулся в сторону Кордона.

Псевдопёс неслышно следовал за ним, изредка показываясь на глаза. В нагрудном кармане сталкера, рядом с верным «ежом», лежал новый чудесный артефакт, названный Стрелком в благодарность за спасённую жизнь «Душой»…

Сергей "Quad" Ульянов

Дорога до Янтаря предстояла не близкая. «Хорошо что в баре отдохнуть успел» думалось мне на выходе из бара. Снаружи моросил легкий дождь, противно бивший по защитному стеклу шлема. Не торопясь, я пересек территорию бара «Сто рентген», по пути продумывая, полностью ли я готов к предстоящей вылазке. Бармен предложил навестить ученных в их мобильной лаборатории, которая располагалась на месте высохшего озера Янтарь. Неприятные мысли крутились в моей голове. Вспоминались все сплетни и слухи услышанные мной об этом месте. Все кто ходил туда рассказывали о неприятных ощущениях которые они испытывали. У кого-то просто начинала болеть голова, кого-то начинало не по детски глючить. Но не это пугало меня. Пугало то, что многие не возвращались из этого места.

«Бармен, скотина, послал небось на верную смерть» проплыла мысль, но думать ее стало некогда. Впереди на втором этаже здания что-то блеснуло, а вслед за этим раздался сухой треск автомата. Моя реакция была мгновенной. Выполнив прыжок с «фирменным» приземлением «мордой в грязь» в сторону ближайшего дерева я судорожно снял автомат с предохранителя и осмотрел недружелюбное сооружение. Через оптический прицел я заметил стрелка который тут же выпустил еще несколько пуль в сторону моего укрытия. Выглянув с другой стороны дерева стало заметно-снайперу я понравился. Подтверждалось это несколькими короткими очередями выбившими землю в сантиметре от моего носа. Выставив ствол автомата из-за дерева я дал короткую очередь в сторону снайпера. Ответ в виде ответного огня не заставил себя долго ждать. Причем стреляли уже с несколько человек. Ситуация начина осложняться. Высунувшись из-за дерева я приложил смарт-визор к глазам. На экране отметились четыре цели расположенные цепью. Вот уж действительно неприятный сюрприз. И тут на меня снизошла благодать. Одним из полезных приобретений сделанных в баре были гранаты объемного взрыва для подствольного гранатомета. «Кретин»-выругал я сам себя за забывчивость. Зарядить гранату было секундным делом. выбрав момент когда очереди стихли я высунулся из своего укрытия и поста-равшись прицелиться как можно точнее нажал на спуск. На втором этаже вспыхнуло пламя и следом за ним раздался грохот взрыва. Переждав пока дым рассеется я снова поглядел в смартвизор. Целей тот не обнаружил и я потихоньку выполз из своего укрытия. Взяв автомат на перевес и максимально пригнувшись короткими перебежками я приблизился к зданию. Около здания я заметил труп одного из стрелков. Одет он был в серый комбинезон поверх которого был натянут бронежилет. «Наемники» - пронеслась мысль. Наемники были легендарной но реально существующей группировкой. Где была их база и как с ними связаться не знал никто. Но судя по тому что наемники существовали заказчики все-таки находились. Рядом с ногой раздалось непонятное шипение. Уже в прыжке я направил автомат в сторону откуда раздался звук. Оказалось это ожила рация убитого. «Так и в штаны навалить не долго»-подумалось мне. Все таки Зона, здесь неприятностей надо ждать на каждом шагу. Чуть зазеваешься и все пиши пропало. Хорошо если тело целиком найдут, а то сколько народу по отдельным фрагментам опознавали. Одного вот по татуировке на руке опознали. Правда это почти все что от него и осталось. Лужа крови, разо-дранный ботинок, «Калаш» покореженный, обрывки тряпья, да рука по локоть… Непри-ятное, мягко говоря, зрелище, должен вам сказать.

Снова раздалось шипение рации, сменившееся голосом: «Наблюдатель, что там у вас, почему молчите?» Оставив наемника лежать на своем месте я направился ко входу. Заглянув в дверь я увидел коридор который в двух метрах от меня под прямым углом поворачивал направо.

Откинув обшлаг рукава я поглядел на свой КПК. Датчик движения показывал, что в конце коридора что-то движется. Интуиция подсказывала, что вряд ли там дед Мороз с подарками. Стараясь не шуметь я перезарядил подствольник, тихонько выставил ствол по направлению к цели и нажал на спуск. По ушам шарахнуло взрывной волной и на пару секунд я оглох. Оклемавшись и выглянув из-за угла стало ясно: вреда мне там уже никто не причинит. По стенам оплывали куски мяса совсем недавно бывшие человеком. По коридору расплывался запах горелого мяса и еще чего-то не совсем понятного. Но уж точно не фиалок. Преодолев коридор и выбравшись через пролом в стене начинаю думать как и куда двигаться дальше. Хотя думать особо не приходилось дорога была всего одна – за угол. Вот мы видим на картине… как обычно, не совсем дружелюбных наемников око-павшихся метрах в 50 прямо по курсу. Вакуумные боеприпасы здесь были бессильны, а осколочных гранат у меня не было. Выход был один – перестрелка. Благо сидели наемни-ки удобно и можно было попытаться снять их по очереди. Согнувшись в три погибели я выглянул из-за угла и поймал в перекрестье прицела первого наемника. Сухо закашлял автомат, выплевывая смерть, которая и настигла одного из наемников. Но оставался вто-рой наемник, взявшийся поливать свинцом мое укрытие. Так просто, как с первым, с ним разделаться не получиться. Было бы хорошо закидать его гранатами, но вакуумные бое-припасы здесь были бессильны, а осколочных у меня не было. Выставив руку с автома-том за угол я дал короткую очередь высунулся следом. Сбывались мои худшие опасения – на помощь наемнику спешили несколько его сотоварищей. А тут еще и в проеме здания зазвучало характерное для снорка взревывание. С одной стороны снорки с другой наем-ники. Ситуация веселей не придумаешь. Я отполз в угол и стал ждать кто первый сунется в мое укрытие. Первым оказался снорк. В проеме стены появилась его голова с остатками противогаза рыло которого повернулось в мою сторону. Я приготовился пустить очередь прямо ему в морду но тут снорк заговорил.

-Ты спать идешь?- такого я не ожидал.

-Ты чего не ложишься? Третий час, опять завтра будешь ныть, что не выспался!

Я отвернулся от монитора медленно возвращаясь к реальности. В темной комнате вырисовывался силуэт жены. «Хватит играть, давай ложись» в последний раз сказала она и направилась в спальню. Но ничего, завтра еще поиграю, думал я выключая комп. Да, основательно затягивает мир S.T.A.L.K.E.R.

Зона Отчуждения – самое непредсказуемое место на Земле. Люди, земля – меняется всё, и даже мутанты становятся умнее, но есть то, что практически остаётся неизменным – это по-года. Всё время здесь капает мелкий холодный дождь, бледно-серое небо отражается в гряз-ных лужах, жёлтые листья тоскливо покачиваются на холодном ветру. И это лишний раз подчёркивает, где ты находишься.

Но в знаменитом баре «Сто рентген», где частенько коротал вечера известный сталкер Стре-лок, было тепло и уютно. Здесь можно было отдохнуть, найти работу, выпить с друзьями. Когда по телику показывали футбол, пиво и чипсы разбирались как горячий чай на морозе, и сегодня был как раз такой день. Болельщики разных команд сидели по обе стороны друг от друга, и когда одни кричали: «Гол!», то от других слышались все возможные ругательства.

И только Саня Калаш не наблюдал за матчем, он сидел в дальнем углу, погруженный в себя. Под столом валялся старый рюкзак. Только взглянув на него, можно было узнать давно ли этот человек в Зоне.

Новички совершают одну и ту же ошибку: носят все свои вещи сразу, даже не думая приго-дятся они им или нет. На этом наживаются бандиты: запугают «зеленого», он им поклажу скинет, а потом ходит по Зоне и шугается каждого. А чаще всего такое «пушечное мясо» уст-раивается работать к крупным торговцам или в местные забегаловки. И это в лучшем случае, у некоторых вообще такой кавардак в рюкзаке, иной раз не поймёшь, где что лежит. И эта оплошность иногда стоит жизни. Если долго роешься в поисках патронов во время пере-стрелки – труп.

Но Саня не такой, он конечно недолго в Зоне, а все правила и хитрости знает. Ведь учитель у него опытный человек был, храбрый, но однажды всё-таки не повезло.

-Здорова, сталкер! – за стол сел с виду обычный парень в походной куртке со вставками из кевлара. Спереди висел ремень разгрузки. Штаны цвета хаки из специальной ткани были за-правлены в массивные ботинки, – как живешь в это нелёгкое время?

- А я вижу, ты как всегда «на позитиве», – ответил Саня, - да как-то всё обыденно, что ли. Надоело всё здесь, домой хочу.

- Ну, так, ты, из бара выйди. А то что, получается, сидишь здесь и жалуешься. Сходил бы «зверьё пострелять», артефактов бы принёс.

- Хорош прикалываться. Я серьезно. Вот все, хабар скину, и на волю.

- Так я к тебе по этому поводу и пришёл, у мужика одного схрон узнал, говорит, там хватит, чтобы дом на Мальдивах построить и ещё на безбедную старость останется.

- Ага, так ты первому встречному поверил, и ещё, наверное, заплатил немало.

-Не суди по себе. Источник проверенный - не врёт. Я один не пойду, сам понимаешь, а сто-бой – другое дело. Делимся пятьдесят на пятьдесят. Ну, так как? Идёшь?

-Ну, смотри, Серый, подведёшь – ох, плохо будет.

-Эх, ты, я к тебе…, а ты: «подведёшь», - изображая разочарование, закончил Серый.

-Ну, значит, завтра утром встречаемся здесь. В полной экипировке. Обмозгуем всё и в путь.

Утро в «100рентген» проходило, как и всегда. Сталкеры суетливо собирались в рейды. Одни за артефактами, другие на поиски приключений на свою ж…у. Сонный бармен стоял у пли-ты и помешивал какое-то непонятное варево. Охранники, украдкой, досматривали последние сны, иногда просыпаясь от посторонних шумов, но через мгновение опять засыпали.

Калаш шёл в бар «на автомате». В голове у него крутилось только одно: всё последний раз на вылазку и всё. Забираю хабар, сплавляю торгашам и сматываюсь на хрен из этой Зоны. Мно-го она мне крови испортила, сколько всего навидался, друзей одного за другим терял. Кто, за эти паршивые артефакты, ствол в спину направлял, кто в этих проклятых аномалиях погиб. Всё надоело. Зачем дурак попёрся? Саня и не заметил, как зашёл в бар, очнулся он от громко-го смеха нескольких сталкеров, идущих к выходу.

Они не обратили внимания на его странное поведение, посчитав за очередного бедолагу, ко-торый «попал под раздачу» контроллера. Такие «везунчики» обычно приходили в себя часа через два.

Серый сидел за столом в углу зала. Допивал вторую банку «Нон Стопа». На нём был костюм «Сева» без лицевого щитка, вместо него на плече висел импортный модернизированный противогаз, баллонов с воздухом сзади тоже не было. Увидев своего друга у входа, он жестом предложил ему сесть за стол.

Здорова, Санёк, – торопливо начал Серый. – Времени особо нет, так что действуем в темпе. План такой: схрон спрятан неподалёку от КБО «Юбилейный», в лаборатории где-то. В под-ва…

-Ты сбрендил? – Он не успел договорить, его тут же перебил Калаш, - «Юбилейный». Мы там сдохнем. Там монолитовцев как «собак нерезаных», зомби, кровососы, псы. Ты о них по-думал?

-А что? Мы, прям, шёлковые.

- Ты уже, какой год по здесь, а всё понять не можешь. Это - Зона. Ты не на курорте. Здесь ставка- жизнь. Это не игра на компе. Тут сохраниться не получится.

- Я не меньше тебя смерть встречал, это наша работа. Пора уже привыкнуть.- Серый сделал паузу. – И так…?

-Надеюсь, ты знаешь, что делаешь. Выходим.

Серый, по натуре, был лидером. Все, кому довелось с ним познакомиться, уважали его. Он мог уговорить, а порой и заставить любого. Когда-то, за периметром он был Сергей Серов студент московского юридического факультета. У него было любимое занятие, хорошая ра-бота, друзья, любимая девушка Аня, на которой он собирался пожениться, но судьба диктует свои правила. Богатый сынок владельца крупной компании на огромной скорости сбивает Аню, девушка погибает на месте. Сергей решил отомстить, и на одной из вечеринок убивает его. Скрываясь от милиции и обезумевшего от горя олигарха, он отправился в Зону. Теперь у него не осталось выбора, на волю ему «путь заказан».

Всю дорогу Саня размышлял о том, как будет жить за периметром. Тех средств, которых он собрал за годы в Зоне, хватало на безбедную старость на берегу Средиземного моря. Мысли оборвались и он насторожился: «Что-то не так. Не может быть все так гладко. Ни одного му-танта, даже аномалии». «Слишком хорошо – тоже плохо», - гласит пословица и в этом случае она имела абсолютное подтверждение.

В туннеле было холодно, и откуда–то веял ветер. К счастью, или, наоборот, здесь было свет-ло, вероятно работал автономный генератор энергии. По всюду были следы когтей, кровь и,облетевшая со стен, штукатурка. Обычно в таких местах внутренний голос настойчиво от-говаривает: «Не ходи - опасность!», но сдавать назад было уже поздно.

Впереди оказалась большая металлическая дверь, насквозь проржавевшая от времени.

- Так, судя по карте за дверью первый научный блок. В основном тут проводились бумажные работы: доклады об экспериментах, штамповка документов. – Сказал Серый, проверяя по ПДА.

- Ни чего интересного. – Пренебрежительно отозвался Саня.

- Не думаю, тут должен быть замаскированный вход в подсобные отделения.

- Наш схрон, - С нетерпением произнес Серый и подошел к двери.

Дверь со скрипом поддалась, и с потолка посыпалась старая штукатурка. Внутри царствовал жуткий хаос. Повсюду валялись бумажные папки и различные листки бумаги. Свет от туск-лой лампы едва освещал просторную комнату, и некоторые места помещения скрывал мрак. Отыскать здесь потайную дверь было нереально. « Посвети фонарем на тот шкаф, наверное, дверь там», - посоветовал Серега. Среди всего этого беспорядка шкаф, стоящий в дальнем углу, казался слишком аккуратным, что и выдавало потайной ход.

Саня подошел к нему и начал просматривать папки с документами. На одной из них была надпись «СЕКРЕТНО». Интересно, кто допустил такую халатность и оставил здесь это?

В записях содержались сведения об экспериментах по созданию армии «нового поколения». Отчет был дотирован 17 октября 1975г. Согласно описаниям куратором процесса был некий А.Н. Солоницкий.

Саня продолжал читать, но вдруг резкий крик Серого заставил отвлечься от документов.

Серега лежал в позе эмбриона, корчившись в конвульсиях, и кричал, неистово, зверски, не-стерпимо. Калаш подбежал к другу, но он был бессилен. «Серега, ты чего?» – испугался Са-нек.

В эту минуту в помещении внезапно появился человек. Высокий старый мужчина в белом халате. Лицо покрывали глубокие морщины. На лбу выступали отчетливые волнообразные полосы.

Благодаря молниеносной реакции опытного сталкера, Саня за долю секунды выхватил пистолет и прицелился ровно между глаз странного визитера.

-Кто? – Заорал Калаш.

- Аркадий Несторович Солоницкий, - спокойным, уверенным голосом произнес профессор.

Сердце готово было выпрыгнуть из груди. Мысли в голове пролетали с бешеной скоростью: «Солоницкий? Куратор эксперимента? Но как? Что за…? Какого… я вообще здесь делаю?»

-Что с Серегой? – Саня обратил внимание на друга, который сейчас лежал без сознания.

- Я нейтрализовал его, он был не нужен мне, - сказал Солоницкий.

« Он напал на Серого, – подумал Калаш. – Тварь, ты мне за все ответишь». Он сжал пистолет, но пальцы не слушались его. Ствол стал тяжелеть, кисть постепенно разжималась. Саня почувствовал сильную усталость. Ноги перестали его слушаться, и он рухнул на пол. Попытка встать обернулась неудачей. Он отполз назад к стене и облокотился на нее. Спокойный вид профессора только еще больше злил Калаша. На лице Солоницкого было некое подобие ухмылки.

- Советую прекратить попытки убить меня. У тебя это не получиться, - с нескрываемой иро-нией произнес ученый и подошел ближе к Сане. – Следующая попытка может нанести тебе вред.

«Сука, он еще и издевается»,- Саня не на шутку разозлился. Он готов был разорвать Соло-ницкого. Калаш нащупал нож у себя в кармане, рванул вперед что было сил, и воткнул ору-жие прямо в глотку ублюдка. Мгновение, и острая боль сковала его левую руку. Нож оказал-ся не в горле профессора, а торчал у Сани из руки.

-Как? – заорал Калаш.

-Галлюцинация, - усмехнулся доктор.- Я показал тебе то, что ты хотел увидеть.

-Это просто самозащита. Кстати, я тебя предупреждал.

-Зачем тебе все это? Что с Серым?

-Видишь ли, - начал Солоницкий, - Как ты уже знаешь, тут проводились эксперименты. В то время была холодная война, и советское правительство поручило ученым, работающим здесь, создать новую армию сверхсильных бойцов, тупых убийц, иначе говоря. Бред, на мой взгляд, но тогда все были настороженны, ожидали нападения. К сожалению, меня назначили главным. Поначалу все шло нормально. Правительство прикрывало нас, выделяла средства, отправляло бойцов на опыты. Лозунги, все возможные обещания хорошей жизни делали свое дело. Солдаты шли добровольно, а тех, кто был не согласен, просто сковывали наручниками и привозили сюда. Наш эксперимент набирал обороты. После взрыва в на ЧАЭС, все предприятия начали спешно эвакуировать, проект новой армии закрыли. В лабораториях, глубоко под землей, мы продолжали «склеивать» различные разновидности монстров. Первое время никто из ученых не знал о том, что произошло на поверхности, но шло время, среди персонала поползли различные слухи, народ не на шутку встревожился. Некоторые начали отказываться от участия в эксперименте. Видел бы ты реакцию тех «счастливцев», которые вышли на поверхность. Они увидели огромный пустой город, без всяких признаков былой жизни.

-Зачем ты все это рассказываешь мне? – Спросил Калаш, его ненависть уже сменилась на любопытство.

- Считай это исповедью старика, собирающегося уйти в вечность. – С присущей ему манерой ответил профессор. – Так позволь мне продолжить. Прошло уже почти двадцать лет. Из всей группы остался только я. Эксперимент давно был заброшен, но в камерах еще оставалась ар-мия, созданная учеными. В две тысячи шестом году произошла вторая авария, не такая как на атомной станции. Этот взрыв не остался незамеченным. С моими подопытными начали происходить различные изменения на уровне ДНК. Они становились все более неадекватны-ми, перестали понимать команды, контроль над их поведением был потерян. К их сверх спо-собностям добавились животная дикость и жажда крови. Меня изменения тоже затронули. Я обрел способности к телекинезу, научился влиять на разум существ. Скорее всего, это и по-могло мне выжить, когда эти монстры полезли наружу из своих камер. Я заставил их подчи-няться мне. Те монстры, которых ты привык видеть сейчас – потомки нашей армии. Снорк – это образец бойца, невосприимчивого к боли и обладающего огромной силой, видоизменен-ный в ходе довольно быстрой эволюции. Так же нетрудно догадаться, что прототипом кон-троллера послужил телепат.

Профессор тяжело вздохнул. На его лице читались усталость и сожаление. Почему сожале-ние? Наверное, это - чувство вины за своих созданий. Тот факт, что он прародитель ужасных монстров, не давал ему спокойно жить уже много лет. Солоницкий хотел рассказать людям всю правду, хотел извиниться за своих «детей». За двадцать лет проживания в этом бункере он не видел других людей. Поддерживая связь только с монстрами, профессор проводил время в своей «подземной крепости».

- То, зачем вы пришли находится вон за той дверью. – Ученый указал пальцем на тот самый шкаф – замаскированный вход в подсобные помещения.

- Ты отпускаешь нас? – Удивился Калаш.

- Да. Я передал тебе свою тайну, теперь я свободен. Она мучила меня долгое время.

- Я не понимаю. Почему ты посвятил меня в свои тайны?

-Многие хотели бы знать, как приручить снорков или обмануть контроллера. Эти документы, которые ты нашел, имеют огромную ценность снаружи. Передай эти записи ученым за периметром. Ты ведь хотел уйти из Зоны, поэтому не сможешь воспользоваться знаниями в корыстных целях.

- Как ты узнал про это?

-Я прочитал твои мысли. У тебя есть сильное желание покончить с жизнью сталкера. Я помо-гу тебе в этом.

- Что ты собираешься сделать? Ты никогда не покидал своего убежища, тебе неизвестно, что твориться там, наверху.

- Я общался с животными в Зоне. Мне известно многое, даже то, что не знает ни один стал-кер, каким бы опытным он ни был. Я впервые выйду на поверхность и проведу тебя с твоим спутником. На вас никто не нападет.

-А сюда ты нас вел?

-Да. Я узнал, что двое сталкеров направляются в мой бункер, и решил им помочь.

- Не знаю, благодарить тебя или нет, после того, что было с Серым?

- Он ничего не вспомнит. Для него это окажется просто удачным рейдом. С хорошим хаба-ром, и без единого монстра на пути.

- В таком случае нам нужно торопиться, стемнеет скоро. Обратно путь не близкий.

Саня подошел к Серому и привел его в чувство. Серега недоуменно разглядывал его минуты две, медленно поднялся на ноги. Голова гудела, как после веселой ночи. В глазах немного двоилось.

- А что со мной было? – Спросил Серый, осматриваясь по сторонам.

-Сверху, тебе на голову, потолок осыпался. – Как ни в чем не бывало, ответил Калаш.

- Да и сколько я валялся в отключке?

- Минут десять. Вот кстати и хабар. – Саня протянул сверток. В нем лежал натовский писто-лет и артефакт «Душа».

- Не плохой навар. Давай еще осмотримся, может, что получше найдем?

- Многие двери закрыты. Тем более и стемнеет скоро. – Улыбнулся Саня. Он не стал говорить о профессоре, который тем временем был наверху и смотрел на небо, такое знакомое и забытое. Ученый вдыхал свежий воздух полной грудью, наслаждался каждым вздохом.

Солоницкий выполнил свое обещание. До кордона никто не нападал на Саню. Изредка отку-да-то из кустов доносилось шуршание, и Калаш по привычке хватал оружие.

На Кордоне патрулей не оказалось. «Самое время уйти за периметр»,- подумал Саня. Сталкер достал кусачки с прорезиненными рукоятками и отрезал часть сетки. Обычно по проволоке пускают электричество, чтоб, по мнению вояк, какая-нибудь тварь будь это сталкер или му-тант не перешла за ограждение, но это было, лишь для отчетности. Калаш снял с себя рюкзак, перекинул его, а сам прополз через брешь в колючке. Прилив сил и эмоций нахлынули на него в тот момент. Оказавшись по ту сторону забора и окинув Зону взглядом, он достал свой КПК, где была карта всех его схронов, и стер данные о себе. Саня знал, что это ему больше не понадобится, у него с собой и так была огромная сумма наличных. Он положил гаджет на землю, рядом с оружием. На дисплее ярко светилась надпись: «Для входа в сеть С.Т.А.Л.К.Е.Р. введите свое имя и пароль».

На небе не было не единой звёздочки, только лишь одиноко горела луна и освещала небосвод. Сталкеры сидели у костра, молча смотря в огонь. Трещали угли и создавали ощущения покоя. По зоне пронёсся тёплый ветерок и где то в дали кто протяжно и отчаянно взвыл. Одновременно с этим на ПДА сталкерам пришло сообщение.

- В локации «Янтарь», в 23:40 зафиксирована смерть сталкера Семецкого. Причина смерти: Химера,- прочитал первый сталкер, которого звали Чип.

- Семецкий – хорошая примета, - Сказал второй, его звали Икс.

Чип вздохнул и снова уставился в костёр.

- Сегодня ничего не случиться, – пробормотал Икс.

- Откуда знаешь? – выйди из транса спросил Чип

-Нельзя быть таким самоуверенным!

Вдалеке раздались выстрелы и вой сирены.

- Кажется, лагерь учёных атаковали, - произнёс Икс.

Всё затихло, куда – то пропали звуки, чувства, мысли. В сталкерских головах оказалась пустота и какой-то манящий звук в центр Зоны…

Всё вернулось на свои места.

- Ты это слышал? – спросил Чип.

- Ну и, что же это.

- Внимания сталкеры приближается мощный выброс. Срочно ищите надёжное укрытие, - прочитал Чип.

- Небо порозовело… - заметил Икс, укладывая вещи в рюкзак.

- Ты же сказал, что сегодня ничего не случиться!

- И был прав. Вчера, ну то есть «сегодня» 22 сентября ничего не случилось.

- А сейчас какое сентября?

Они сорвались с места и с невероятной скоростью побежали вперед, не думая об аномалиях и монстрах. Они бежали сквозь кусты, прорывались сквозь ветки деревьев. Но выброс наступал им на пятки. Икс запнулся и упал, а Чип стал помогать ему. Вдруг они вмести заметили крышку люка…

Открыли и бросились вниз в пасть темноты, спасаясь от багрового неба…

Они очнулись от невероятной тишины, которая окружала их. Приняли решения двигаться вперёд. Они шли по бесконечно длинному коридору. Устали и хотели повернуть назад, но поняли, что заблудились.

- Мы же всё время шли вперёд, - удивился Чип.

Икс указал пальцем вперёд, на свет. Они подошли к свету и увидели дверь, на которой было написано «Добро пожаловать в рай»

Дверь открылась. За ней стоял прекрасный голубой камень.

- Это исполнитель желаний, Чип.

- Нет, я ничего не хочу!

- А я, Чип, хочу домой.

Они оказались у костра. И на ПДА и пришло сообщение «Зона наш дом, сталкеры!»

Смерть после жизни

Лило как из ведра, вспышки молнии озаряли руины небольшого поселка, пустые дома зловеще зияли выбитыми окнами, держащаяся на одной плети дверь то и дело ударялась о потрескавшую стену, вследствие чего монотонный стук смешивался с канонадой грозы в Зоне. Радиоактивная вода небес заливала эти жалкие халупки, будто опытный бармен наливающий спиртное по стаканам, ветер пронизывал до костей и не щадил никого: деревья под его порывами склонялись к земле, обломки техники и деревянных построек перекатывались по земле, задевая невидимые поля аномалий и приводя последних в действие, вспышки электрических разрядов и хлопки гравитационных ловушек выделялись из общей картины этой ночи. В деревушке не было никого, казалось, будто сама мама Зона прокляла это место - ни один сталкер не заночевал в подвалах многочисленных лачуг, ни один мутант не таился за стенами построек в надежде на шальную добычу, даже воронье, которое обычно при отсутствии дождя летает где ни-попадя, не появлялось тут. Один я, как монумент, стою на одном месте который час и не могу сделать более двух шагов в любую из сторон, потому как то место, где я находился, сплошным кольцом окружали аномалии. Попал в этот капкан по случайности, на этом месте несколько часов назад подпрыгивал неизвестный мне и науке артефакт причудливой формы, похожей на одну из букв греческого алфавита, какую именно вспомнить никак не мог. Промок до нитки, зуб на зуб не попадает, пальцы словно приросли к цевью старенького "АКМ", глаза до боли и рези вглядываются в тьму а разум проклинает севший фонарик и отстутствие болтов, которые я бесполезно истратил на убеждение того факта, что меня окружили проклятые аномалии. Но ведь прошел то я сюда как-то! Увидев артефакт, отсвечивающий зеленым светом в свете заходящего солнца, я, как настоящий сталкер и охотник за артефактами, пошагал к нему. Дорога была сравнительно чиста, за те пятьдесят метров от тропы к центру деревушки я обошел шесть разных аномалий и не обратил внимания на богатый ассортимент ловушек Зоны. Как только я погрузил артефакт в контейнер то услышал будто за спиной кто-то утробно зарычал. Затем сбоку, а затем передо мной. У меня хватило ума не открывать шального огня, но от увиденного волосы встали дыбом - аномалии, едва различимые при солнечном свете, словно живые создания сдвинулись со своих мест и окружили меня плотным кольцом, своим урчанием будто предупреждали о невозможности покинуть место хранения артефакта. Постояв так с десяток минут я принял решении положить артефакт на землю, но камешек Зоны уже не скакал как прежде, а просто валялся под ногами не привлекая к себе никакого внимания. Чуда не произошло, аномалии не расступились. Тогда я израсходовал все имеющиеся у меня в запасе ржавые болты на безуспешную попытку найти хоть какую-либо лазейку, но тщетно. Время шло, накрапывал дождь, за все время ни на тропе, ни в деревушке никто и ничто не появлялось. Я попробовал бросить артефакт в одну из аномалий но его постигла участь пущенных мною ранее болтов. Отчаявшись, я несколько раз выстрелил в невидимые капканы, никакого эффекта это не произвело, я сел на землю и обхватил голову руками.

Добило меня предупреждение о том что вскоре грянет незапланированный по графику, составленному сталкерами, выброс. Это была моя смерть. Я не боялся смерти, я не боялся умереть в пасти мутанта, от предательской пули, я боялся умереть от выброса. Потому что я, как каждый человек на земле, страшился неизвестности, ведь после выброса не выживал никто и не мог рассказать каково оно, пережидать разрядку Зоны.

Сидя на земле и куря последнюю сигарету я понимал что чувствует человек, которому его лечащий врач объявляет о скорой смерти. Я вспоминал родных, друзей, детишек, мать. У меня из глаз лились слезы, меня трясло будто от сильнейшего холода, хотя я его уже не чувствовал, я отчаянно, будто угодившая в ловушку тварь, швырял оставшиеся патроны вместо болтов, потом я швырял жидкие комья этой проклятой земли, но это была моя агония, агония человека. В эти минуты я любил жизнь так, как ни любил ее никогда. Я любил свою убогую квартиру, любил свою низкую должность на своей малооплачиваемой работе, любил своих более удачливых приятелей, любил их бесконечные насмешки, подколки, любил гопников, которые когда-то избили меня и забрали все, что нашли у меня в карманах. Я обращался к Иисусу, Будде и Аллаху, продавал душу дьяволу за бесценок, клялся уходом в монастырь и принять вечный обет безмолвия - я делал все, чтобы чудо помогло мне добраться до ближайшего укрытия.

Как начался сам выброс я и не заметил, просто вокруг загрохотало, меня вырвало кровью, я перестал ощущать реальность и унесся в неведомую пустоту. Помню лишь, что ужасно пекло в голове иочень сильно скрутил живот, от этой боли свело челюсть и что-то лопнуло в области мочевика. Затем неведомая сила подняла меня вверх и со всей мощи, будто пушка выталкивающая массивное ядро, швырнула в сторону. После нескольких секунд полета последовало жестокое приземление. И лило. Как из ведра.

Я всегда вспоминаю свою смерть во время выбросов. В эти мгновения, за которые я отдал бы свою жизнь, у меня в рассудке происходит прояснение и я могу мыслить, как мыслил когда-то. Я совершенно потерял счет времени, я отдавал себе отчет что левая рука у меня прострелена в двух местах и гниет, я понимал что от меня воняет чем-то неестественным, но от того не менее противным. Я все понимал, но во время выбросов я не мог двигаться. Лучше бы я сдох, но я не сдыхаю. Я стал частью Зоны, неведомая сила уводит меня от аномалий, мутанты принимают меня за своего, питаюсь я трупами людей и порождений Зоны, иногда в меня стреляют. Иногда это потому что мои остатки разума не поддаются той мгле, которая его постепенно обволакивает и не бросают мое тело на пули сталкеров, бывших моих братьев по крови. В моем покалеченном теле и вскрытом разуме еще теплится надежда на нормальную человеческую жизнь. На жизнь за Периметром. Но с каждым выбросом, когда мгла ненадолго отступает и я могу нормально мыслить и размышлять, я понимаю, что все зря. Я умру таким каким стал, и никогда меня больше не повидают мои близкие, не согреют своим приветливым взглядом, детишки никогда не назовут меня папой, жена мужем, а мать сыном. Выброс заканчивается и мгла подступает снова, я ее чувствую. Осталось еще пара минут мозгового покоя, возможности думать и рассуждать, возможности убедиться в том, что я не тварь, а человек, ведь твари не могут мыслить. Еще пара минут и я снова побреду куда укажет мне мгла или неведомые повелители моего тела, которые частенько указывают мне, что делать. Помнится, их называли контроллерами. Еще минута и все начнется заново. Боги, убейте меня, я не хочу ТАК жить, пошлите мне сталкера с обрезом, который прекратит мое жалкое существование! Я заклинаю вас. Прошу! Умоляю.

Два сталкера выбрались из развалин пятиэтажного дома, осмотрелись, и быстренько пошагали по направлению к бару "Сто рентген".

-Ух, Жорик, какие мы все таки лихачи! - говорил первый. - Пережить выброс не в баре! Не каждый так может.

-Да, нам просто повезло. - отвечал Жорик. - Ты не кричи об этом сейчас, Буша, не накликай беду, всякое может случиться, а у нас два патрона на двоих осталось.

-Один тебе, другой мне. - попробовал сострить Буша, но тут же получил ощутимый удар в лицо.

-Типун тебе на язык, дурак! - Жорик помог встать ударенному им же Буше. - Сразу видно, что зелень. Сказано, молчи, вот и сопи в трубочку!

-Зомби! - вскликнул Буша и бросился было к разваленной сторожевой будке, но крепкая рука Жорика остановила его.

-Тихо. - цыкнул он и снял автомат с предохранителя.

Мимо остовов советских автомобилей медленно брел зомбированный сталкер в костюме одиночки. Его левая рука болталась непослушной веревкой, лицо перекошена, челюсть скошена в стороноу, очевидно вывихнута или переломана, перед костюма был запятнан кровью, несмотря на расстояние отделяющих одиночек от зомби и благодаря ветру, дующему со стороны жертвы Зоны, сталкеры отчетливо услышали запах гниения. Они укрылись за остановившемся навеки пассажирским автобусом и дождались, пока зомби пройдет мимо.

В баре Жорик напился в хлам. Он сидел за столиком совершенно один, посылая куда-подальше набивавшихся в собутыльники одиночек и неудачников. В руке он держал свой КПК и не отрывал от него своего взгляда. С интервалом в несколько минут на дисплее то и дело появлялись сообщения о погибших сталкерах, о месте и причине их смерти. Под ногами валялось две опустошенных бутылки со спиртным, пепельница была полна окурков, а сам Жорик о чем-то бормотал себе под нос.

-Кислый, не вздумай. Кислый, только не ты. Кислый, ты не сможешь так поступить. Нет.

При звуковом сигнале входящего сообщения пьяный сталкер вздрагивал, отчего складывалось впечатление о том, что Жорика хватает нервный тик.

-Что это с ним? - спросил один приятель у другого. Приятели сидели за соседним столиком и тоже отдыхали под распитие беленькой. Вопрошающий был новичком в Баре и поэтому прибился к матерому сталкеру по кличке Витязь.

-Не обращай внимания. - махнул рукой Витязь. - с ним каждый вечер такое происходит.

-А в чем причина? - не унимался новенький.

-А друг его пропал. Кислым звали. - отвечал матерый сталкер, немало повидавший на своем веку. - Ушел в ходку, не вернулся и сообщений о гибели нет. Вот Жорик и переживает.

Тем временем Жорик, опрокинув в себя последнюю порцию водки, откинулся на спинку стула и уснул сном напившегося человека. Вечер в баре набирал обороты, громче зазвучала музыка, разговаривали громка, смеялись, Бармен выпустил на танцпол проституток на что посетители ответили овациями. Поэтому никто не услышал сигнала о входящем сообщении сталкерской сети о смерти некоего Вадима Кислого на територии Рыжего леса.