Офтальмология и микрохирургия глаза в «АВИЦЕННЕ»: от подбора очков до сложнейших операций

Егор Викторович, у большинства людей слово «хирургия» ассоциируется с разрезом через весь живот и несколькими часами работы хирургов у операционного стола. А что такое глаз – орган размером двадцать четыре миллиметра, что там оперировать?

Вы правы, не только обыватель, но даже не всякий врач представляет, насколько сложна и разнообразна глазная хирургия. Ведь мы работаем с мизерными величинами: полтора миллиметра, двадцать микрон. А на этих полутора миллиметрах находится несколько сотен тысяч клеток, без которых функционирование органа зрения в принципе невозможно. И ты должен, выполняя операцию, не повредить ни одной лишней клетки!

У офтальмологов «АВИЦЕННЫ» есть какая-то специализация по заболеваниям глаз или видам операций?

Мы принимаем на лечение пациентов с различными заболеваниями глаз и владеем всеми современными методами диагностики и хирургического лечения. Выполняем и полостные операции, и лазерные. Лазер используем, например, при вторичных катарактах, если у человека возникает помутнение задней капсулы хрусталика уже после его замены. Процедура восстановления прозрачности оптических сред проводится в условиях лазерной операционной и длится в среднем от пяти до десяти минут. Фактически это амбулаторная процедура, после нее пациент сразу уходит домой.

Второй тип лазерных операций – вмешательства на сетчатке, в частности при ее периферической дистрофии. В этом направлении мы очень тесно сотрудничаем с акушерами-гинекологами, потому что при такой патологии у беременной женщины физиологические роды противопоказаны, необходима операция «кесарево сечение». Но возможности современной офтальмологии позволяют нам укрепить сетчатку глаза лазером, и риск, что во время и после родов молодая мама получит осложнение со стороны глаз, значительно снижается.

Еще одно направление лазерной хирургии в «АВИЦЕННЕ» – лечение сосудистой патологии глаз, а именно диабетической ретинопатии и тромбоза вен сетчатки. Кстати, пациенты с сахарным диабетом приходят к нам не только сами, многих направляют врачи из других клиник, которые знают о возможностях лечения в «АВИЦЕННЕ».

Тромбоз вен сетчатки – звучит зловеще, как инсульт. Это состояние острое или хроническое?

Это очень острое состояние, и оно не связано напрямую ни с травмой головы, ни с инсультом. Если тромбирована мелкая сосудистая веточка где-то далеко на периферии сетчатки, человек может этого даже не заметить. Но если произошел тромбоз всей центральной вены сетчатки, то это внезапное, мгновенное и очень серьезное снижение зрения на одном глазу. Лечение, в идеале, должно начинаться в первые часы заболевания, пациент должен находиться под постоянным контролем офтальмолога, а со временем требуется лазерная операция, без которой можно получить тяжелые осложнения. Чем быстрее удастся добраться до офтальмологической клиники, тем больше шансов восстановить зрение.

Серьезнейшей проблемой современного мира называют макулодистрофию – возрастную дистрофию сетчатки глаза. Сегодня это основная причина слепоты. Вы занимаетесь этой проблемой? И если да, то с какими результатами?

Лечение макулодистрофии – действительно особая тема в офтальмологии. Как Вы правильно заметили, в основном это патология возрастная, возникает после пятидесяти пяти лет. Но у некоторых категорий пациентов макулодистрофия развивается и в более молодом возрасте.

Офтальмологическая клиника МЦ «АВИЦЕННА», конечно же, стремится решать эту проблему. Мы принимаем, консультируем и лечим таких пациентов. В частности, в настоящее время активно внедряем методику медикаментозной терапии – инъекции специального препарата, который тормозит развитие дистрофии сетчатки. Стоит сказать, что здесь также результаты напрямую зависят от того, с какой степенью заболевания обратился к нам человек. Есть пациенты, у которых результаты очень высокие: восстанавливается цветность, контрастность и четкость изображения, тормозится процесс утраты зрения. Но есть и те, кому мы абсолютно честно говорим: к сожалению, данный метод не перспективен в вашем случае, слишком поздно…

А что значит – обратиться вовремя? Как только в поликлинике поставили диагноз «макулодистрофия»?

Должен сказать, что для выявления дистрофии сетчатки требуется специальное оборудование, а главное – опыт специалистов, знающих данную патологию. Поставить точный диагноз «на глазок» совершенно невозможно, и в условиях обычной поликлиники это нельзя сделать.

В медицинском центре «АВИЦЕННА» есть оборудование, которое позволяет выявить макулодистрофию и другие изменения сетчатки быстро и достоверно, – оптический когерентный томограф. Никакие иные методы диагностики макулодистрофии не являются настолько высокоточными. Это дорогостоящее оборудование могут себе позволить лишь единицы клиник, в основном федерального уровня. После того как наш центр приобрел оптический томограф, к нам начали направлять своих пациентов доктора из других лечебных учреждений. И мы рады тому, что доступность этого вида медицинской помощи для новосибирцев стала выше.

Правда ли, что хирургия сетчатки – «конек» доктора Варваринского. Говорят, Вы умеете делать то, что мало кто из офтальмохирургов умеет. Но разве такое возможно, если существуют единые для всех хирургические методики?

Просто есть хирурги, которым чем сложнее, тем интереснее. К примеру, при травме нужно сделать что-то «широкими мазками», чтобы сохранить пациенту глаз. Это так называемая агрессивная хирургия, и она, безусловно, важна. А при патологии сетчатки, чтобы сохранить человеку зрение, необходимо провести операцию на структурах толщиной полмиллиметра, и у меня склонность именно к такой хирургии. Между прочим, во внутриутробном периоде развития человека сетчатка глаза формируется из тех же клеток, что и головной мозг, – это к вопросу о ее важности. Если помутневший хрусталик можно заменить искусственным, то сетчатку, которая воспринимает свет и перекодирует его в изображение, заменить ничем нельзя. Гибель сетчатки означает безвозвратную утрату возможности видеть.

Однажды на конференции в Германии я видел операции, которые мои зарубежные коллеги выполняют при разрыве и фиброплазии центральной зоны сетчатки, то есть нарушении ее структуры. Если не восстановить нарушенную структуру сетчатки – а это несколько слоев тончайшей ткани – все попытки вернуть человеку зрение будут безуспешны. Нет структуры – нет функции. Это как раз самый трудный раздел офтальмохирургии, но мы внедрили и развили такую технологию в Новосибирске.

Сетчатка восстанавливается с помощью скальпеля или лазера?

С помощью специального тончайшего инструментария через маленькие доступы в глазу от 0,4 до 0,6 миллиметра. Трудоемко, техноемко, требует усидчивости, но невероятно интересно. Этот раздел офтальмологии называется «витреоретинальная хирургия». Операция выполняется под местным обезболиванием, пациент чувствует себя вполне комфортно. В стационаре после операции он проводит около часа, затем идет домой. Что еще, кроме операций на сетчатке, относится к витреоретинальной хирургии?

Методами витреоретинальной хирургии мы оперируем разные патологии заднего отрезка глаза – то, что раньше в большинстве случаев считалось неизлечимым. Сюда, кроме нарушений сетчатки, относятся кровоизлияние в стекловидное тело, последствия травм, диабетическая ретинопатия, то есть состояния, которые без лечения приводят к необратимой утрате зрения.

Наверное, это направление работы требует от хирурга не только специальной подготовки, но и особого мужества, ведь результат, как я понимаю, не всегда гарантирован на сто процентов.

Я по-другому скажу: результат всегда не гарантирован. В беседе с пациентами мы никогда ничего не обещаем, а используем только слова «шанс» и «вероятность». Причем результат операции зависит не только от опыта хирурга, очень многое опять же зависит от срока давности заболевания. Наши зарубежные коллеги не берутся оперировать отслойку сетчатки старше нескольких недель. Мы же имеем опыт успешной операции при «годовалой» отслойке.

И тяжелые формы диабетической ретинопатии оперируем, где, казалось бы, уже нечего ждать. А потом этих пациентов выхаживаем, выхаживаем долгое время, чтобы получить желаемый результат. У нас есть пациентка с тяжелой формой диабетической ретинопатии, которой мы оперировали оба глаза, потом в течение четырех лет шел процесс реабилитации, но зато сейчас она имеет сохранное зрение.

На Западе проводили социологическое исследование, в ходе которого оценивали отношение к зрению пациентов офтальмологических клиник. Респондентам задали вопрос: «Чем вы готовы пожертвовать ради того, чтобы быть зрячим?» Десять лет из уже прожитых и по одному году из каждых последующих пяти лет – такую цену люди готовы отдать ради того, чтобы сохранить возможность видеть. Зрение не просто одно из органов чувств, а едва ли не главное, придающее жизни осмысленность. К чему я это говорю? Когда человеку можно реально помочь в тяжелой ситуации – мы должны помогать.

Поделитесь планами развития офтальмологической клиники «АВИЦЕННЫ»: какие новые направления и новые технологии появятся здесь?

Уже сегодня у нас есть условия для того, чтобы заниматься высокотехнологичной микрохирургией, к которой относится вся хирургия заднего отрезка глаза при патологии сетчатки, удаление помутневшего хрусталика через мини-доступ с заменой его гибкой интраокулярной линзой (метод факоэмульсификации), лечение тромбоза сосудов сетчатки глаза.

В ближайшее время мы увеличим количество операций взрослым пациентам и будем развивать детскую офтальмологию.

С февраля мы начинаем проводить на базе МЦ «АВИЦЕННА» обучающие семинары для врачей-офтальмологов и офтальмохирургов региона по разным направлениям нашей специальности и новым методам лечения. Надеюсь, что эти семинары станут регулярными. Убежден, что учиться нужно всем: и сотрудникам муниципальных больниц, и федеральных клиник, и частных медицинских центров, ведь качество оказания офтальмологической помощи пациенту определяется не названием или статусом лечебного учреждения, а тем, какой уровень квалификации имеют работающие там специалисты.