Как нам показывают зарубежные сериалы Рассказывает гендиректор «Амедиатеки» Денис Горшков

Что придет на смену «Игре престолов», почему недавний слив «Шерлока» не поссорил Первый канал и BBC, кто в Рунете готов платить за контент и как не прогадать, выбирая западный сериал для показа в России — генеральный директор Amedia TV и стримингового сервиса «Амедиатека» Денис Горшков объясняет The Village устройство онлайн-проката.

— Я занимаюсь этим проектом больше четырех лет, и каждый раз, когда выходит очередной сезон, ловлю себя на мысли: черт возьми, это уже пятый, а я помню, как выход этого сериала только анонсировали. С объявления о том, что HBO, Showtime или Netflix заинтересовались каким-то проектом и договорились с продюсерами, до появления пилота или первого сезона проходит от полутора до трех лет в зависимости от сложности проекта. С «Миром Дикого Запада» продюсеры работали около пяти лет. Это колоссальный труд, в отличие от производства наших сериалов, которые часто делаются за два-три месяца.

Иногда мы получаем от студии краткий анонс с информацией о проекте, создателях и команде. Если нам интересно, мы добавляем сериал в вишлист и следим за его производством. Уже на этом этапе шансы сериала могут сильно вырасти, если, например, его снимает Дэвид Линч или в нем снимается Энтони Хопкинс.

Следующий этап — это скрининги, когда студия приглашает нас посмотреть пилот сериала. В мае в Лос-Анджелесе проходит глобальный скрининг для покупателей со всего мира, где студии показывают пилоты сериалов, запланированных на следующий год (выходить они начнут с осени). Приходишь в девять утра в кинозал и весь день смотришь эти пилоты. На выбор покупателя влияют, во-первых, его профессиональная интуиция, основанная на знании своей аудитории, а во-вторых, рейтинги ожидания. Многие сериалы начинают раскручиваться в Сети за полтора-два года до премьеры; за рейтингом ожидания можно следить на независимых ресурсах — международном IMDb, российском «Кинопоиске» или Metacritic, собирающем голоса американских критиков. А еще мы анализируем поисковые запросы в Рунете.

Когда сериал отобран и мы договорились со студией, начинается технологический цикл подготовки к эфиру. Мы выпускаем сериалы одновременно с мировой премьерой или с минимальной задержкой, которая чаще всего связана с разницей во времени. Одну серию мы готовим к эфиру около двух недель, если без особой спешки. Сначала получаем сценарий, по которому делается русский перевод. Затем — запись с низким разрешением, такую маленькую черно-белую картинку, которая в целях безопасности маркирована нашим студийным лого. Редактор проверяет перевод на соответствие этой картинке. Где-то за неделю до эфира мы начинаем озвучку. Бывает, мы получаем эфирную копию до премьеры или же (в редких случаях) она приходит сразу после выхода в своей стране, тогда нам остается буквально несколько часов, чтобы свести готовый русский звук с оригинальной эфирной копией (а она может отличаться от предварительной записи).

— Идеального сериала не существует, разве что «Игра престолов», которую смотрят все от мала до велика. Обычно сериал все-таки нацелен на конкретную аудиторию. В сериалах правит прежде всего история. Если у тебя нет крутой истории, тебя не спасут ни звезды, ни продюсеры — как вышло с тем же «Винилом». Мы оцениваем сериал по четырем критериям — истории, экстраординарности, качеству контента и тому, как он оседает у тебя в голове, с чем ты остаешься в итоге.

— Да, безусловно. Бывают обманчивые истории, их уже было много. В силу наших отношений со студиями, в том числе с HBO, у нас есть определенные обязательства — например, все премьеры HBO мы выпускаем на рынке по умолчанию, нам сложно от чего-либо отказаться. «Ожидательные ошибки» бывают у всех, последний пример — «Винил» того же HBO, амбициозный дорогой проект, где среди продюсеров были Мик Джаггер и Мартин Скорсезе, а первую серию Скорсезе снимал лично. Аудитории HBO он не зашел, и пришлось его закрыть после первого сезона. Закончилось тем, что у больших программеров HBO полетели головы.

— HBO — безусловно, наш якорный партнер, у него процентов 30–40 контента на сайте. Потом, Showtime и Starz. Эти три студии в США жестко конкурируют, работая в одной нише Premium Pay TV. Мы — один из немногих сервисов в мире, которому удалось собрать все три на одной платформе. Это одна из причин, по которой мы в свое время не стали делать франшизу HBO в России, а сделали сервис под своим брендом, что позволило нам работать с конкурентами HBO. С остальных студий мы собираем сливки — тот же «Карточный домик», который по всему миру транслируется на Netflix, а производит его Sony.