В пригороде Владивостока семья воспитывает девять приемных детей (ФОТО; ВИДЕО)

«Пять лет назад мы с мужем хотели усыновить одного ребенка, но, оформив документы в опеке на одного, решили взять троих», – говорит многодетная мама Светлана Новрук. Сейчас в этой семье из пригорода Владивостока уже десять детей, из которых девять приемных. У всех ребят есть серьезные проблемы со здоровьем, но многодетные мама и папа справляются со всеми проблемами и делают все, чтобы их дети адаптировались в реальной жизни.

Решение оформить опеку над ребенком из детдома было в семье Новрук принято совместно, но брать они решили тех, кому помощь нужна больше всего.

«У всех детей есть хронические заболевания, только у двоих, когда они уже были у нас в семье, сняли все диагнозы. Помимо основного заболевания есть и другие тяжелые болезни», – рассказывает Светлана.

Побывав в этой семье, с первого взгляда и не скажешь, что у детей есть какие-то проблемы со здоровьем. Им разрешено обучаться в обычной общеобразовательной школе, посещать детсады наравне со здоровыми детьми. Но сначала некоторые дети, попавшие в семью Новрук, не могли самостоятельно передвигаться и даже говорить.

Например, у Тимофея дополнительное заболевание – пластическая форма ДЦП.

«Когда мы взяли Тимофея три года назад, он мог только ползать с помощью рук. Чтобы его одеть, нужно было его сначала размять, а сейчас он сам ходит в школу с палочкой. Как мы его поставили на ноги? Титаническим трудом. Сначала учили правильно ползать. Заставляли, сам он не хотел, протестовал, потому что это было больно… После учили ходить с помощью ходунков. Нашли доктора, он вводит специальный препарат, который расслабляет мышцы, а два раза в год проходим курсы реабилитации», – рассказывает многодетная мама.

Женя обрела свою новую семью, когда ей было пять лет. Девочка, по признанию новой мамы, была как растение.

«Женя, когда мы ее взяли, не разговаривала, не ходила в туалет, была постоянно в памперсах. Она только ела и играла. У нее серьезное ортопедическое заболевание, нога была развернута в сторону на 45 градусов. Сделали две операции, сейчас она ходит в общую школу в первый класс».

Светлана и Михаил не делят детей на своих и чужих. И дети отвечают им взаимностью, называя их мамой и папой.

«Мы относимся к ним, как родным детям. Да забери сейчас хоть кого-то? Да я глотку перегрызу! (смеется). Я уже не представляю своей жизни без них, – рассказывает Светлана. – Живут дети дружно, не ссорятся, держатся друг за дружку. Они ведь очень сильно отличаются от домашних детей и поняли уже очень многое. Вот он маленький, берешь его на руки, а взгляд такой, как будто жизнь прожил. Эти дети познали и предательство, отвержение, боль и разочарование. Они попали в семью и ценят это, боятся ее потерять. Для них было мечтой всей жизни иметь семью. Может, они до конца не понимают, что это такое, но дети знают, что всем нужны мама и папа».

Содержать такую большую семью непросто, но в семье Новрук справляются.

«Кастрюльки готовим большие, по 20 литров. Дня на 2-3 хватает. А в остальном все стандартно. Машинка стирает белье, не надо у проруби стоять, как сто лет назад. Есть микроволновка, в которой можно подогреть и приготовить еду. Да и дети помогают, даже самые маленькие».

«Есть теория, а есть практика. Вот одному ребенку вы положите каши в тарелку, но ведь второму тоже найдете. Там, где есть покушать десяти детям, найдется и одиннадцатому, поверьте мне, – рассказывает глава семейства Михаил Новрук. – Где постирается десять рубашек, точно так же постирается и одиннадцать. И стиральная машинка не испортится, и жена больше не устанет. И я не почувствую никакого напряжения. Поверьте, не все поддается логическому заключению».

Они, как и все дети, шалят, получают двойки в школе, но всё же эти дети – особенные. Старшие в школе присматривают за младшими, они не клянчат новые игрушки и стараются помогать взрослым.

«В магазине они не просят ничего, даже если чего-то очень хочется, дети сначала спрашивают, можем ли мы это купить. Даже самому маленькому не скажешь, что он может выбрать игрушку, он и смотреть не будет в ту сторону», – говорит Светлана.

«Андрей и Саша все время росли вместе. Сначала находились по соседству в больнице на социальных койках. Потом в четыре года их перевели в находкинский детский дом, – рассказывает Светлана. – Когда Андрею было семь лет, мы его забрали, а Саша остался. У него была жуткая депрессия, что всех забирают, а его нет. С мужем подумали и решили оформить опеку над Сашей. Но были сложности, которые с трудом удалось решить. А перед этим был такой случай. Однажды Андрей пришел и сказал, что Саша хочет со мной поговорить, и дал телефон. Я удивилась, взяла трубку, мы поговорили, а в конце Саша добавил, что он – крестный брат Андрея. Такой прозрачный намек был, что братьев нельзя разлучать. Вот и пошли ва-банк. Сейчас он самый главный помощник. Его не надо просить что-то сделать, он сам все понимает».

Безусловно, проблем в семье Новрук хватает, но они не ропщут и не просят помощи, а стараются их решить.

«Нам нужно, чтобы нам не мешали. Это самая большая помощь, – говорит Михаил Новрук. – Но если кто-то хочет помочь, я против ничего не имею. Вот сейчас подарили гироскутер ребенку, и мы рады и благодарны».