Пушкин А.С. - Записи народных песен. Песни свадебные

В бане девушки, моя невесту, поют и пляшут, пьют и пивом поддают. Невеста между тем плачет голосом, приговаривая:

Из бани пришед, девушки чешут ей голову, оденут, посадят за стол.— Жених приезжает со своими холостыми товарищами. Они друг друга дарят.

Поется, если жених приехал издалеча:

Про жениха, как взойдет к невесте:

Поется на девичнике жениху:

Поется на девичнике.

На девичнике свата корят:

Когда молодые сидят за столом, приехав от венца, то девушки поют всем гостям; первого начинают величать попа.

Величают гостью, как девушку, так и замужнюю:

Сноски

4 Если невеста не сирота, то, разумеется, выпускаются стихи, обращенные к покойному отцу, или заменяются другими, импровизированными.

5 Если же молодая круглая сирота, то поется:

6 Благословляет обыкновенно отец, снаряжает мать.

7 Или: «укатайте» — смотря по времени года.

9 Девушки обращаются к молодому.

10 Девушки сидят за занавесом, продернутым через всю избу.

11 Девушки обращаются к молодой.

В отдел свадебных песен входят тридцать две песни. Как уже указано, ни одна из этих записей не имеется в автографе Пушкина.

Копии всех этих песен находятся в собрании песен П. В. Киреевского, хранящемся в ЛБ .

В двух (2-я и 3-я) папках этого собрания, описанных М. Н. Сперанским под шифром: «I» в ПК (вќ I, стр. LXII), находятся копии руки П. В. Киреевского тридцати одной песни: №№ 1—21, 23—32. Копии эти сняты им с текстов подлинной тетради Пушкина, о которой см. ниже. Текст каждой песни написан на листке в 8 д. л. (писчего). Наверху каждого листка помета: «Свадебная». На обороте каждого листка имеется помета также руки П. В. Киреевского: «Пушк». Все листки перенумерованы красными чернилами (после Киреевского).

Во 2-й папке находятся листки 1 548 (32); 550 (31); 553 (30); 555 (29); 579 (28); 581 (27); 582 (26); 596 (25); 597 (24); 598 (23); 599 (21); 602 (20); 603 (18 и 19); 604 (17); 608 (16); 609 (15).

В 3-й папке находятся листки: 636 (14); 637 (1); 670 (13); 672 (12); 694 (11); 706 (10); 707 (9); 738 (8); 748 (7); 777 (6); 780 (5); 795 (4); 796 (3); 797 (2).

Кроме этих копий, имеются еще копии тринадцати песен в так называемых «зеленых тетрадях» (см. ПК , вќ I, стр. LXII). Первая из этих тетрадей представляет собою приготовленную П. В. Киреевским к печати и процензурованную (И. М. Снегиревым) 5 марта 1838 г. рукопись (в формате большого почтового листа), имеющую заглавие: «Русские народные песни, изданные П. Киреевским. Часть 1-я. Песни свадебные». Несмотря на разрешение к печати, тетрадь эта осталась неизданной. В тетрадь вошло сто свадебных песен, написанных неизвестной рукой, но исправленных рукою П. В. Киреевского, которым написаны пояснения к тексту и примечания. Все песни в тетради перенумерованы римскими цифрами. Песен, записанных Пушкиным, в тетради пять. Это 2 — IV (1), XX (14), XXXVI (12), XXXIX (13), LXIV (11). На отдельном листе, вложенном в тетрадь, еще две: CLXXXIV (9 и 10).

ВтораяЪ«зеленая тетрадь» (такого же формата, как и первая) содержит песни, окончательно не приготовленные к печати, и имеет помету неизвестной руки: «Свадебные. Другая половина, приготовленная самим П. В. Киреевским». Текст песен (ненумерованных) написан несколькими почерками. Здесь имеются тексты шести пушкинских записей: №№ 5, 7, 8, 3, 4 и 2. Тексты копий в «зеленых тетрадях» по сравнению с копиями на отдельных листках, имеют второстепенное значение. Обработка песен для печати выразилась в том, что Киреевский в тех случаях, когда имел два и более вариантов одной песни, в качестве основного помещал один какой-нибудь вариант, к которому подводил текст других вариантов в примечаниях. 3

В таком виде имеются в «зеленых» тетрадях песни: №№ 7, 9, 10 и 14. В примечаниях указано, что вариант песни записан Пушкиным, а под текстом песен №№ 1—5, 8, 11 и 13 имеются пометы: «(Доставлена от А. С. Пушкина)». Кроме того Киреевский в «зеленых» тетрадях к имевшимся очевидно в записях Пушкина при некоторых песнях пояснениям (перед текстом) и примечаниям к нему, сделал ряд своих добавлений, а именно: К первой из включенных в тетрадь пушкинских записей (IV в тетради) (песне № 1) рукой Киреевского приписано два примечания: первое к 9 стиху: «Ладиться — итти замуж; вероятно, от древнего слова ладо — муж, которое еще часто встречается в народных песнях во многих концах России». Второе примечание, сделанное к помете (после текста): «Доставлена от А. С. Пушкина», посвящено сообщению о доставлении Пушкиным Киреевскому своих записей (см. об этом ниже).

В песне № 5 к пояснению перед текстом Киреевский сделал сноску: «Примечание А. С. Пушкина».

После текста песни 8 Киреевским приписано: «(Доставлена от А. С. Пушкина. Сходство начала с № заставляет думать, что здесь две смешаны песни». После «№» Киреевский оставил пустое место, чтобы проставить номер какой-то песни, но не сделал этого.

Перед текстом песни № 12, вместо пояснения, надо думать, Пушкина, Киреевским написано: «Поется в девичнике, накануне свадьбы, когда моют невесту в бане», а после последнего стиха: «Затем окончания недостает».

Копия песни № 22 находится в собрании П. В. Киреевского, в 9-й папке (№ 2926) среди «лакейских и нехороших» песен. Текст написан на листке в 8 д. писчего листа рукой Киреевского и на обороте имеет обычную помету: «Пушк».

Впервые из этого собрания свадебных песен была опубликована песня № 14 в «Русской беседе» 1857, кн. 6, стр. 26—27, в статье «Две песни из сборника П. В. Киреевского». Как уже указано, песня напечатана по первой «зеленой» тетради. Публикация эта не обратила на себя внимания редакторов, и никто из них не ввел записи Пушкина в собрание его сочинений.

Затем В. Ф. Миллер в приложении к своей статье «Пушкин, как поэт-этнограф», напечатанной в «Этнографическом обозрении», кн. 60—64, 1899 г., 4 опубликовал двенадцать песен, включая в это число и № 14, о публикации которой в «Русской беседе» он не знал. По текстам «зеленых» тетрадей Миллером опубликованы песни №№ 1—5, 8—14. Песни эти вошли в собрания сочинений Пушкина М 2 , Е 4 и В .

Пропущенная В. Ф. Миллером во второй «зеленой» тетради песня № 7 впервые была напечатана Н. Н. Трубицыным в статье «Народные песни, записанные Пушкиным (Некоторые поправки и дополнения к найденным проф. В. Ф. Миллером)» в ПС XV, 139—142.

В этой же статье (стр. 144) впервые напечатана в виде отдельной песни песня № 10, текст которой в публикации В. Ф. Миллера дан в виде вариантов к песне № 9, помещенных в примечаниях к последней.

Девятнадцать песен, № 6, 15—32, впервые опубликованы М. Н. Сперанским ( ПК , в. I, стр. 55—60 и LXXII). 5

Песни, опубликованные Н. Н. Трубицыным и М. Н. Сперанским, кроме песни № 28, перепечатаны Н. О. Лернером в статье «Народные песни в новооткрытых записях Пушкина» в РС 1912, I, а затем В VI, 236—239.

Нами текст песен печатается по копиям на отдельных листках собрания П. В. Киреевского.

Вследствие отсутствия каких-либо помет в этих копиях (а также и в «зеленых» тетрадях) остается неизвестным, в каком порядке были расположены записи в подлинной тетради Пушкина. М. Н. Сперанский напечатал песни в порядке исполнения их во время свадебных обрядов. Этот порядок сохранен и нами. Напечатанную Сперанским вне цикла песню № 22 мы поместили в общий ряд. 6

История собирания Пушкиным народных песен и передачи им своего собрания П. В. Киреевскому в настоящее время освещается с достаточной полнотой. С. А. Соболевский в письме к С. П. Шевыреву из Турина от 15 декабря 1831 г., сообщая о своих планах составления песенника, заметил: «Я же и до отъезда <из Петербурга за границу в первых числах ноября 1828 г. — М. Ц. > задумал издать с Пушкиным «Собрание русских песен» ( РА 1909, VII, 502—503).

В это же время (16 декабря 1831 г.) Н. М. Языков писал из Москвы брату: «Пушкин говорит, что он сличил все доныне напечатанные русские песни и привел их в порядок и сообразность, зане ведь они издавались без всякого толку: но он кажется хвастает» ( ИВ 1883, XII, 533—534).

Что Пушкин не «хвастал», доказывает письмо П. В. Киреевского к тому же Н. М. Языкову от 12 октября 1832 г.: «Пушкин был недели две в Москве, — пишет Киреевский, — и третьего дня уехал. Он учится по-еврейски, с намерением переводить Иова, и намерен, как можно скорее, издавать русские песни, которых у него собрано довольно много». «Киреевский думает даже, — прибавляет Д. Н. Садовников, опубликовавший приведенную выдержку из письма, — послать Пушкину копию с своего собрания» ( ИВ 1883, XII, 535—536).

Тот же Садовников, на основании бывших у него писем Языковых и Киреевских, говорит: «отвлеченный другими работами, Пушкин, как видно, раздумал издавать сборник народных песен, и все материалы из разных рук стали понемногу стекаться в Москву к П. В. Киреевскому. Признавая громадное значение русской народной поэзии, Пушкин ограничился теперь обещанием написать к сборнику свое предисловие» ( ИВ 1883, XII, 538).

Итак, когда же произошла эта передача?

Как уже указано, к песне № 1 в первой «зеленой» тетради Киреевский сделал примечание о пушкинских записях. Текст его такой: «Покойный А. С. Пушкинъ доставилъ мне 50 №№ песенъ, которыя онъ съ большой точностию записалъ самъ со словъ народа, хотя и не обозначилъ, где именно. Вероятно, что [эти песни записаны имъ въ его имении] 7 онъ записалъ ихъ у себя въ деревне, въ Псковской Губернии».

Примечание это написано не ранее февраля 1837 г., так как Пушкин назван «покойным», и не позднее февраля 1838 г., так как 5 марта первая «зеленая» тетрадь была процензурована И. М. Снегиревым.

Лет через десять в предисловии к своему «Собранию народных песен», напечатанных в «Чтениях Общества истории и древностей российских» 1848, № 9, Киреевский так писал о пушкинских записях: «Пушкин еще в самом почти начале предприятия доставил замечательную тетрадь песен, собранных им в Псковской губернии». Лет через пять, летом 1853 г., П. И. Бартенев со слов П. В. Киреевского записал рассказ его о встречах с Пушкиным в 1835 г. в Петербурге. В записи этой читаем: «Пушкин с великою радостью смотрел на труды Киреевского, перебирал с ним его собрание, много читал из собранных им песен и обнаруживал самое близкое знакомство с этим предметом. Еще прежде, через Соболевского, он доставил Киреевскому тетрадку псковских песен, записанных с голоса, частью собственною рукою Пушкина, частью другой рукою (около 40 пес.) . Обещая Киреевскому собранные им песни, Пушкин прибавил: «там есть одна моя, угадайте!» Но Киреевский думает, что он сказал это в шутку, ибо ничего поддельного не нашел в песнях этих» («Рассказы о Пушкине, записанные со слов его друзей П. И. Бартеневым в 1851—1860 годах», М. 1925, стр. 52—53).

В 1889—1891 гг. Ф. И. Буслаев в своих воспоминаниях так передавал слова, сказанные ему П. В. Киреевским в 40-х годах: «Вот эту пачку дал мне сам Пушкин и притом сказал: «когда-нибудь от нечего делать разберите-ка, которые поет народ и которые смастерил я сам». И сколько ни старался я разгадать эту загадку, — продолжал Киреевский, — никак не мог сладить. Когда это мое собрание будет напечатано, песни Пушкина пойдут за народные» ( ВЕ 1891, X, 637).

Сопоставление буслаевской версии с записью Бартенева, сделанной сейчас же после беседы с Киреевским, заставляет предпочесть последнюю и признать, что Киреевский говорил об одной песне, сочиненной Пушкиным и включенной им в свое собрание записей, а не о «песнях», как передал Буслаев.

По записи Бартенева выходит, что передача произошла до 1835 г. («еще прежде . »). С другой стороны, из приведенного нами письма самого П. В. Киреевского от 12 октября 1832 г. явствует, что в это время он еще не имел тетради Пушкина. Больше того, Киреевский в это время даже думал послать Пушкину копию своего собрания ( ИВ 1883, XII, 535—536). Итак, передал Пушкин Киреевскому свои записи песен после 12 октября 1832 г. и до 1835 г. По словам Киреевского, получил он пушкинские записи «через Соболевского», вернулся же последний из-за границы в Петербург числа 27—29 июля 1833 г., а 17 августа поехал в Москву вместе с Пушкиным, отправившимся на Урал. 26 августа 1833 г. Соболевский с Пушкиным были у Киреевских, и здесь решено было приступить к изданию сборника. Соболевский, по обыкновению, взял на себя хлопоты по издательской части, а Пушкин, надо думать, обещал Киреевскому, во-первых, написать предисловие к его собранию песен, во-вторых, доставить ему через Соболевского тетрадь со своими прежними записями песен, и, в-третьих, привезти записи из своей поездки в Оренбургскую губернию. 29 августа Пушкин выехал из Москвы в Нижний, а Соболевский через несколько дней поехал обратно в Петербург, куда приехал 5 сентября и откуда 7 сентября писал ученому и поэту А. Х. Востокову: «Московский литератор П. В. Киреевский занимается большим собранием русских народных стихотворений. Кроме напечатанного у Чулкова, Новикова и Кирши Данилова, подслушал он сам или получил от Языкова, Шевырева и А. Пушкина более тысячи повестей, песней и так называемых стихов» (неизданное письмо из архива А. Х. Востокова в Архиве Академии Наук. Сообщено Л. Б. Модзалевским).

Хотя Соболевский и пишет, что Киреевский уже «получил» записи от Пушкина, но, вероятно, к этому времени тетрадь пушкинских записей еще не была у Киреевского, так как если бы Пушкин взял ее с собой, поехав на Урал, то, конечно, и передал бы Петру Васильевичу в Москве.

Самому Пушкину Соболевский писал из Петербурга 2 октября: «Я здесь с пятого числа едва прошлого месяца, и чорт меня знает, сколько еще пробуду. Хлопочу (будто бы) об делах, стряпаю песенник . Остаюсь здесь еще несколько дней, потом в Москву, потом опять сюда, потом опять в Москву и опять сюда к генварю» ( АП III, 48).

В одну из этих поездок в Москву Соболевский и доставил, наконец, тетрадь с пушкинскими записями песен Киреевскому. 17 января 1834 г. последний писал Н. М. Языкову: «Уральских песен обещанных перед отъездом туда он <то есть Пушкин>, кажется, ни одной не привез; по крайней мере мне не присылал» ( ИВ 1883, XII, 538—539). Если бы у Киреевского к этому времени не было и первой тетради, он, конечно, не умолчал бы об этом. Итак, в октябре — декабре 1833 г. Киреевский получил от Соболевского пушкинскую тетрадь. 8

По словам Киреевского, в передаче Бартенева, записи Пушкина представляли собою «тетрадку псковских песен, записанных с голоса, частью собственною рукою Пушкина, частью другой рукой (около 40 пес.)». Сам же Киреевский в своем первом сообщении указывал, что Пушкин доставил ему записи пятидесяти песен без обозначения места, где они были сделаны. Только по предположению Киреевского песни были записаны в Псковской губернии. Во втором сообщении (1848 г.) Киреевский уже безоговорочно писал, что песни Пушкин собрал в Псковской губернии. Как мы теперь твердо знаем, среди полученных Киреевским пушкинских записей есть сделанные, несомненно, и в Болдине (и его окрестностях) и в Оренбургской губернии. Свое обещание Киреевскому перед поездкой на Урал привезти ему оттуда песни Пушкин исполнил. В рукописном собрании песен Киреевского нашлась одна («Не белинька березонька к земле клонится») в автографе Пушкина, датируемая октябрем — первой половиной ноября 1833 г., то есть временем пребывания Пушкина в Болдине по возвращении из Оренбургской губернии. Лист с записью этой песни был вырезан Пушкиным из своей тетради (№ 2373) и подарен Киреевскому. Было это, вероятнее всего, в июне 1835 г., когда Киреевский с Жуковским посетили Пушкина.

Сколько же всего песен Пушкин отдал Киреевскому? В своей заметке последний говорит о пятидесяти песнях, а в записи Бартенева указано: «около 40 песен».

Это разноречие мы объясняем тем, что Киреевский имел в виду общее количество полученных от Пушкина песен, а запись Бертенева говорит о тетради псковских песен. В настоящее время все пятьдесят пушкинских записей найдены в собрании песен Киреевского. Это, во-первых, сорок семь песен, сохранившихся в копиях в собрании П. В. Киреевского (тридцать две свадебных и пятнадцать необрядовых), во-вторых, две песни из этого же собрания, ни в автографе Пушкина, ни в копиях пока не найденные, и, в-третьих, песня в автографе Пушкина, найденная в собрании песен П. В. Киреевского.

Наконец, последний вопрос, связанный с переданными Пушкиным Киреевскому записями песен, — это вопрос о песнях, которые «смастерил» сам поэт. К сожалению, все писавшие об этом основывались на старческих воспоминаниях Ф. И. Буслаева, как мы уже указали, несомненно исказившего слова П. В. Киреевского. Вышеприведенная запись Бартенева слов Пушкина, сказанных им Киреевскому: «Там есть одна моя, угадайте», — существенно меняет дело. Среди песен, переданных поэтом Киреевскому, впредь нужно искать лишь одну, написанную Пушкиным в стиле народных песен. Слово «моя» нужно, нам кажется, понимать в том смысле, что песня была целиком сочинена Пушкиным, а не явилась результатом разного рода переделок и подправок текста подлинно народной песни. Эту сочиненную Пушкиным песню можно искать лишь в отделе песен необрядовых.

Сборник песен, который Соболевский «стряпал» в сентябре — октябре 1833 г. и к которому Пушкин обещал написать предисловие, в свет не

вышел. Но Пушкин не ограничился обещанием написать предисловие — он набросал план этого «вступления», сохранившийся в бумагах поэта. План этот написан Пушкиным (на согнутой пополам четвертке писчей бумаги) среди черновых набросков строф «Путешествия Онегина») и двух «списков» произведений (см. стр. 279—280), и в транскрипции Л. Б. Модзалевского читается так:

вступление Но есть одно въ осн. Оригинальность отрица 9 Истор<ическия песни> О Ив<ане Грозномъ> О Мас<трюке> О Ст<еньке> Раз<ине> О Цыклере О Петре О Шерем<етеве> О Менш<икове> Казацк<ия песни> далее про Фермора

Новейшее влияние. Мера, рифмы нрзбр Сумароковъ Свадьба Семейственныя причины. Элегическ<ий> ихъ тонъ. Лестница чувствъ. 10

Н. К. Козмин, опубликовавший впервые этот план, счел его за «план статьи о русской литературе с очерком французской» ( НП , 183). Это же мнение повторил он и в Ак IX, 617. Правильнее определил набросок как «план издания русских исторических песен и статьи о них» Ю. Г. Оксман, в КН V, 357, давший текст в исправленном виде, по сравнению с текстом, какой имеется у Козмина, но не прочитавший (так же, как и Козмин) имеющихся на обороте листа строк, начиная со слова•«Свадьба». 11

Эти строки говорят о том, что задуманный П. В. Киреевским, Пушкиным и Соболевским сборник русских песен должен был заключать в себе не только исторические, но и свадебные песни.

Перечень первых в плане статьи называет все главнейшие циклы их, начиная с песен об Иване Грозном и кончая солдатскими песнями про Суворова. Задачей дальнейших изучений должно быть определение тех печатных источников, по которым Пушкин изучал эти песни. Пока можно с уверенностью сказать, что в первую очередь такими источниками были сборник Кирши Данилова и Новиковский песенник 1780 г. (о последнем см. стр. 617—618).

Слова плана: «Новейшее влияние. Мера, рифмы . Сумароков» — свидетельствуют о глубоком понимании Пушкиным поэтики исторических песен, до сих пор с указанных им точек зрения не изученных.

Не менее замечательны и заключительные строки плана о свадебных песнях. Намеченная здесь интересная характеристика их основана на материале, собранном самим Пушкиным.

Сноски к примечаниям

1 Первое число — номер листка, второе — в скобках — номер песни, под которым она напечатана у нас.

2 В скобках ставим номера, под которыми песни напечатаны у нас.

3 Точное представление о том, в каком виде были приготовлены П. В. Киреевским песни к печати в первой «зеленой» тетради, дает публикация песни «Как при вечере вечерничке» в «Русской беседе» 1857, II, кн. 6, стр. 26—27 шестой пагинации.

4 Дальше указываем страницы отдельного оттиска этой статьи.

5 В нумерацию напечатанных здесь песен вкралась опечатка: после песни «144 (6)» идет песня «145 (10)», затем «146 (11)» и т. д., вследствие чего получилось, что будто всех песен тридцать четыре, тогда как их на самом деле тридцать одна. Не заметив этой опечатки, М. Н. Сперанский как в предисловии к книге (стр. XLVI), так и во всех своих позднейших статьях говорит о тридцати четырех песнях, отчего оказались ошибочными и все подсчеты его о числе сохранившихся пушкинских записей.

6 Так же сделал и Н. О. Лернер в В VI.

7 Стоящее в скобках у Киреевского зачеркнуто.

8 Слова вышеприведенной записи Бартенева о том, что тетрадь была получена «через Соболевского», подтверждаются тем, что сам Киреевский дважды писал, что Пушкин «доставил» ему свои записи, а в копиях этих записей всегда помечал: «Доставлена от Пушкина » .

9 После этой строки идут зачеркнутые , частью не поддающиеся прочтению , слова , транскрипции которых не даем.

10 На основании вышеизложенной истории передачи Пушкиным своих записей песен Киреевскому план этот нужно датировать 1833 г. Вероятно, он был набросан в Болдине в октябре этого года.

11 Впервые на эти строки обратил внимание Б. В. Томашевский в своей книге «Пушкин» (стр. 129).