C "чрезвычайною строгостью и тайною"

4 февраля 1905 г. в 14 часов 45 минут от Николаевского Кремлевского дворца отъехала карета. В тот момент, когда она проезжала по Сенатской площади, раздался взрыв такой силы, что можно было подумать, будто в Москве началось землетрясение. Взрывной волной выбило стекла во всех окнах находящегося поблизости четырехэтажного Здания судебных установлений (Сенат).

Сбежавшиеся люди увидели развороченную взрывом карету вместе с сидевшим в ней пассажиром, мечущихся в испуге лошадей и смертельно раненного кучера. Растерянность первых минут сменилась осознанием того, что в карете ехал великий князь Сергей Александрович, бывший генерал-губернатор Первопрестольной 1 , а произошедшее - не что иное, как спланированный террористический акт.

Исполнитель убийства, социалист-революционер И.П. Каляев, был схвачен на месте преступления. Останки великого князя перенесли в Николаевский дворец, затем в Алексеевский храм Чудова монастыря. В то же время публику начали выпроваживать с территории Кремля, хотя толпы любопытствующих еще долгое время стояли у Спасских и Никольских ворот, на Красной площади, у здания Исторического музея и Верхних торговых рядов. На генерал-губернаторском доме были подняты траурные флаги.

"Ужасное злодеяние случилось в Москве, - записал в дневнике император Николай II, - у Никольских ворот дядя Сергей, ехавший в карете, был убит брошенною бомбою, а кучер смертельно ранен. Несчастная Элла [великая княгиня Елизавета Федоровна, супруга убитого], благослови и помоги ей, Господи!" 2

Монархические газеты писали о злодейском убийстве; о том позоре, до которого дожила Москва; о потрясении всей России. "Московские ведомости" 3 сетовали на попустительство властей, закрывавших глаза на убийства чиновников 4 и в конечном счете добившихся того, что добрались и до царских родственников. "Новое время" 5 задавалось вопросом: почему нельзя было предотвратить убийство? "Везде слышалось искреннее негодование против всех сеятелей смуты и крамольников, забывших Божеские и человеческие законы" 6 .

Жители Москвы собирались группами и толковали между собой, но в этих разговорах присутствовало не только осуждение. За долгие годы генерал-губернаторства великий князь Сергей Александрович по-разному успел проявить себя - на слуху у широкой общественности были и возмутительные эпизоды, на которые всячески старалась обратить внимание революционная пропаганда. Великому князю припомнили Ходынскую катастрофу, жесткие меры по борьбе с инакомыслием и прочие чинимые им "беззакония". В подпольно распространяемых брошюрах и прокламациях убийство называлось святым. В них же утверждалось, что произошло оно при всеобщем ликовании народа. Бомбист И.П. Каляев, или Поэт, как называли его товарищи, гордился совершенным поступком и неоднократно повторял, что если бы у него была не одна, а тысяча жизней, то он отдал бы их все за правое дело 7 :

То, что московское общественное мнение, подвергаясь влиянию революционных идей, безвозвратно менялось, знали многие. В том числе и великий князь. За полгода до смерти он писал своему племяннику императору Николаю II: "Дела еще ухудшились, и положение Москвы крайне меня тревожит в политическом и социальном смысле. Мы переживаем страшно трудные времена, и враги внутренние в тысячу раз опаснее врагов внешних. Брожение умов, напр[имер], в Москве нехорошее, я наслышался со всех сторон того, что никогда прежде не слыхал" 9 . И если в начале 1904 г. у генерал-губернаторского дома на Тверской проходили восторженно-патриотические манифестации по поводу начала русско-японской войны, то уже в конце 1904 г. в ходе студенческих беспорядков в окна этого же дома летели камни.

Великий князь, пребывая в отчаянном положении и не видя перспектив дальнейшей службы, подал прошение об отставке. В январе 1905 г. оно было частично удовлетворено. Сергей Александрович больше не являлся генерал-губернатором Москвы, но сохранил пост командующего войсками Московского военного округа. Однако попытка отойти от дел не дала желаемых результатов. Великий князь не находил внутреннего успокоения, о чем свидетельствуют переписка и дневниковые записи. Кроме того, он по-прежнему оставался одиозной фигурой, символом консервативной монархии.

Прощание

Убийство было совершено намеренно дерзко: средь бела дня, в самом центре Москвы. Оно являлось и устрашением, и демонстрацией, и вызовом 10 . Императорская семья оказалась в смятении. Так по крайней мере это выглядело со стороны. Из всех Романовых проститься с усопшим прибыл только близкий друг и двоюродный брат Сергея Александровича - великий князь Константин Константинович 11 .

В дневниковых записях Константина Константиновича отразилось разочарование поведением родственников. Он рассуждал о том, что из-за боязни новых покушений невозможно все время сидеть взаперти, и приводил в пример петербургского генерал-губернатора Д.Ф. Трепова 12 , на которого было совершено уже не одно покушение, но который тем не менее приехал отдать дань памяти погибшему. Однако, по свидетельству В.Ф. Джунковского 13 , именно Д.Ф. Трепов, хорошо знавший непростое положение дел в охранке, уговорил императора не ехать самому и не пускать великих князей. Великая княгиня Елизавета Федоровна, очень боявшаяся за жизнь императорской четы и наследника престола, также просила их не приезжать 14 .

В течение пяти дней после убийства, пока останки великого князя Сергея Александровича находились в Алексеевском храме Чудова монастыря, в Кремль через Спасские ворота допускались желающие проститься. Вереница людей тянулась от Спасских ворот до монастыря, многие простаивали в очереди по 5-6 часов. Служащие войсковых частей, ученики военно-учебных заведений, женских институтов и гимназий пропускались вне очереди в специально отведенные часы. В два часа дня и в восемь часов вечера ежедневно совершались официальные панихиды, на которых присутствовали представители городской власти и различные депутации.

Из дневника великого князя Константина Константиновича: "Под сводами храма, арками отделенного от церкви, где покоятся мощи святителя Алексия, посередине стоял на небольшом возвышении открытый гроб. Видна была только грудь мундира Киевского полка с золотыми эполетами и аксельбантом; на месте головы была положена вата, задернутая прозрачным покрывалом, и получалось впечатление, что голова есть, но только прикрыта. Сложенные накрест пониже груди руки, а также ноги были закрыты серебряным парчовым покровом; гроб дубовый, с золочеными орлами" 15 .

На 10 февраля было назначено отпевание. В 10 часов утра по городу разнесся печальный перезвон кремлевских колоколов. Первые лица Москвы, представители обществ, жена и приемные дети покойного 16 отправились в Чудов монастырь для участия в траурной церемонии. Поддержать великую княгиню Елизавету Федоровну приехали из Англии ее сестра принцесса Виктория Баттенбергская и брат великий герцог Эрнст Людвиг с супругой, а также герцогиня Эдинбургская - сестра великого князя Сергея Александровича. Ворота Кремля оставались закрытыми. На Красной площади собралась толпа. В тот же день и в то же время в церкви Большого Царскосельского дворца (пригород Петербурга) в присутствии Николая II и членов императорской семьи состоялось заупокойное богослужение.

Запаянный гроб с останками великого князя был перемещен в Андреевский храм Чудова монастыря. Вероятно, предполагалось, что он будет перевезен в Петропавловский собор Петербурга - место захоронения императоров и великих князей, начиная с петровских времен. Однако похороны великого князя стали исключением из существовавшей традиции 17 .

Тайное погребение

Для погребения великого князя в той части Чудова монастыря, которая непосредственно примыкала к Николаевскому дворцу, за год по проекту художника П.В. Жуковского был построен храм-усыпальница во имя преподобного Сергия Радонежского 18 . В этой усыпальнице 4 июля 1906 г., накануне дня обретения мощей преподобного Сергия Радонежского, и состоялось торжественное захоронение. Оно отличалось от традиционных великокняжеских похорон тем, что было не публичным, а "закрытым" или даже тайным, и проводилось не в дневное, а в ночное время. "Конспирация" объяснялась нестабильной общественно-политической обстановкой в стране (революционную волну, захлестнувшую империю в 1905 г., удалось остановить лишь в середине 1907 г.).

Церемония похорон началась в девятом часу вечера. В ней приняли участие супруга и приемные дети великого князя, лица свиты, старшие чины генерал-губернаторского управления, а также специально приехавшие на похороны великий князь Константин Константинович с супругой Елизаветой Маврикиевной, великие князья Алексей Александрович (старший брат Сергея Александровича) и Борис Владимирович, королева эллинов Ольга Константиновна (двоюродная сестра Сергея Александровича) и ее сын королевич Христофор Греческий.

После всенощного бдения в Андреевском храме гроб с останками великого князя перенесли в Алексеевский храм, где была отслужена лития. Затем останки переместили в усыпальницу. Печальная процессия с гробом и зажженными свечами несколько раз пересекала Царскую (Ивановскую) площадь, где шпалерами стояли чины 5го гренадерского Киевского полка, шефом которого являлся великий князь Сергей Александрович. В храме-усыпальнице была совершена панихида, гроб опустили в заранее подготовленный склеп, и высочайшие особы посыпали сверху песок. Как спустя несколько месяцев сообщил "Исторический вестник", "похороны были обставлены чрезвычайною строгостью и тайною. Не только население, но даже газеты не были осведомлены о назначенном на этот день погребении останков великого князя" 19 .

Судьба мемориала

Через два года, 2 апреля 1908 г., на месте гибели великого князя Сергея Александровича вместо временного чугунного креста был установлен массивный восьмиконечный бронзовый памятник-крест в древнерусском стиле работы художника В.М. Васнецова. На кресте виднелись рельефные изображения распятого Спасителя, скорбящей Богоматери и херувимов. Надпись внизу креста гласила: "Отче, отпусти им, не ведают бо, что творят". Рядом в оригинальном фонарике древнерусского стиля горела неугасимая лампадка.

Освящение памятника прошло торжественно. В полдень под звон кремлевских колоколов из Алексеевского храма выступил крестный ход во главе с митрополитом Московским и Коломенским Владимиром (Богоявленским). На площади были выстроены войска Московского округа. После молебствия и окропления памятника святой водой к его подножию были возложены цветы. На церемонии присутствовали супруга и приемные дети покойного, его старший брат великий князь Владимир Александрович и московские должностные лица 20 .

По прошествии десяти лет, весной 1918 г., памятник-крест попал под декрет СНК "О снятии памятников, воздвигнутых в честь царей и их слуг. " и перед первомайской демонстрацией был снесен. В 1929 г. разрушению подвергся и сам Чудов монастырь вместе со всеми постройками, находившимися на его территории.

Прошло еще более полувека. И вот летом 1985 г. во время проведения земляных работ на месте бывшего Чудова монастыря была обнаружена непонятным образом уцелевшая усыпальница великого князя! Найденные в ней реликвии передали в фонды музеев Московского Кремля, а гроб с останками великого князя осенью 1995 г. переместили в Новоспасский монастырь. В 1998 г. здесь же по эскизам В.М. Васнецова был восстановлен памятник-крест. Таким образом, Сергей Александрович стал единственным великим князем позднеимперского периода, похороненным в Москве вместе с предками царского дома Романовых.

1. Великий князь Сергей Александрович (1857-1905) - пятый сын императора Александра II; с 26 февраля 1891 г. по 1 января 1905 г. - московский генерал-губернатор; с мая 1896 г. до самой смерти - командующий войсками Московского военного округа в звании генерал-лейтенанта. Был женат на великой княгине Елизавете Федоровне, урожденной принцессе Гессен-Дармштадской, сестре императрицы Александры Федоровны. 2. Дневники императора Николая II (1894-1918). М., 2013. Т. 2. Ч. 1. С. 19. 3. Московские ведомости. 1905. N 36. С. 2-3. 4. В марте 1901 г. был убит министр народного просвещения Н.П. Боголепов, в апреле 1902 г. - министр внутренних дел Д.С. Сипягин, в мае 1903 г. - уфимский губернатор Н.М. Богданович, в июле 1904 г. - министр внутренних дел В.К. Плеве. 5. Новое время. 1905. N 10388. С. 3. 6. Летопись историко-родословного общества. 1905. Вып. 1. С. 14. 7. После судебного разбирательства Каляев был повешен в Шлиссельбургской крепости. Подавать прошение о помиловании он категорически отказался. 8. Убийство в. к. Сергея Александровича социалистом-революционером И. Каляевым. М., б/г; Колосов А. Смерть Плеве и в.к. Сергея Александровича. Берлин, 1905. 9. "Мы переживаем страшно трудные времена". Письма великого князя Сергея Александровича Николаю II. 1904-1905 гг. // Исторический архив. 2006. N 5. С. 105. 10. В советский период это убийство расценивалось как подвиг, а момент убийства послужил сюжетом нескольких картин: 1924 г. - "Покушение И.П. Каляева на великого князя Сергея Александровича 4 (17) февраля 1905 г." (художник Н. И. Струнников); 1926 г. - "И.П. Каляев бросает бомбу в карету великого князя Сергея Александровича в Москве в 1905 году" (художник В.С. Сварог). 11. Проститься с Сергеем Александровичем приезжал также его младший брат Павел Александрович, не имевший права возвращаться в Российскую империю, но получивший разрешение присутствовать на отпевании брата в виде исключения. Соответственно, на церемонии он был не в качестве представителя императорского дома, а как частное лицо. 12. Д.Ф. Трепов был ближайшим помощником великого князя Сергея Александровича с 1896 г. по 1905 г., занимая должность московского обер-полицмейстера. 13. На тот момент В.Ф. Джунковский являлся адъютантом великого князя Сергея Александровича. 14. Миллер Л.П. Святая мученица российская великая княгиня Елизавета Федоровна. М., 1994. С. 102; Вострышев М.И. Августейшее семейство. Россия глазами великого князя Константина Константиновича. М., 2001. С. 283; Гришин Д.Б. Трагическая судьба великого князя. М., 2008. С. 263. 15. Цит. по: Гришин Д.Б. Трагическая судьба великого князя. С. 265. 16. У великого князя Сергея Александровича и великой княгини Елизаветы Федоровны не было своих детей, они являлись официальными опекунами детей великого князя Павла Александровича - великой княгини Марии Павловны (младшей) и великого князя Дмитрия Павловича. 17. Подробнее см.: Серова С.А. (Лиманова С.А.) Черные обелиски: Церемонии похорон императора, великих князей и княгинь в конце XIX - начале XX века // Родина. 2012. N 2. С. 85-88. 18. Степанов М.П. Храм-усыпальница великого князя Сергия Александровича во имя Преподобного Сергия Радонежского в Чудовом монастыре в Москве М., 1909. 19. Исторический вестник. 1906. N 8. С. 657. 20. Исторический вестник. 1908. N 5. С. 765-767.