Никита Тарасов: «Сыграв в “Кухне”, отказался от фаст-фуда»

Съемки четвертого сезона «Кухни» надолго запомнятся всем участникам сериала. «Снимали летом, когда на улице было 40 градусов. А в павильоне – все 50, — вспоминает Никита, сыгравший кондитера Луи. — Кто в обморок падал, у кого кровь из носа шла. В общем, очень нелегко было!».

– Вы закончили курс Олега Павловича Табакова. Расскажите, как вы учились?

– Плохо – двоечником был. Олег Палыч все время хотел меня отчислить. У него действует селекционный отбор – выживает сильнейший. Дело в том, что я из довольно благополучной творческой семьи. Мне не были известны бессонные ночи на вокзалах, как большинству моих однокурсников. Они приезжали из разных городов и в ожидании третьего тура жили на вокзале, пытались найти какое-то пропитание. А я был весь такой из себя холеный мальчик! Олегу Палычу не хватало моего жизненного опыта, надрыва. И на индивидуальных собеседованиях, которые у нас были в конце каждого семестра, он вызывал меня «на ковер». «Секир-башка тебе, – каждый раз говорил. – Уже хотели подписывать приказ об отчислении, но за тебя однокурсники заступились – скажи “спасибо” им. Учись, но долго не протянешь, учти – будем отчислять».

Нас на курс взяли 38 человек. А закончили его 24. Соответственно, «хвост» отчислили в процессе обучения. Дойти до финала было непросто. Актеров много не надо. Селекция – главный принцип Олега Палыча. Когда мы только поступили, и был озвучен пофамильный список будущего курса, две девочки упали в обморок, узнав, что они прошли. Ну, еще бы – 200 человек на место! Олег Палыч нас тогда собрал, и первое, что сказал: «Ну что, вы у меня, как у Горького, последние!» И мы действительно оказались последним курсом, который он сам лично вел и набирал. Оля Красько, Олег Мазуров, Евгения Брик – это все мои однокурсники. Успешный курс получился – все при деле, все в профессии, никто не работает официантом, все очень востребованы. Просто каждый в своем театре, в своей стезе.

– Сейчас, когда вы встречаетесь с Олегом Павловичем, он вам что-нибудь говорит, советует?

– Как вы себе это представляете? Я подбегаю и говорю: «Олег Павлович, а вы помните, я у вас учился!» На что он отвечает: «И такое бывает». Стоит отметить, что с момента моего выпуска прошло 13 лет! И дело не в том, что Олег Палыч способен забыть своих студентов. Но время бежит, песочные часы у каждого свои. Любимов прожил – столько, Высоцкий – столько. То, что Олег Павлович согласился сняться в нашей картине «Кухня в Париже» – подвиг настоящего мужчины. Потому что в таком возрасте летать в Париж, держать два театра, колледж – это достойно похвалы.

– Карьеру музыканта вы забросили?

– Это не карьера. Музыку я не хочу бросать и продолжаю ею заниматься. Но это хобби. Сериалы – одно, кино – другое, музыка – третье. Здесь как рука, нога, и левое ухо. Единственное, в театре я не служу. Хотя неплохо было бы. У нас давно бродит идея, прямо сама напрашивается – сделать спектакль «Кухня». Мне кажется, что эта задумка обречена на успех. Но нет режиссера, нет пьесы, сценария. А так выйти на театральную сцену было бы прекрасно. Получился бы хороший, качественный антрепризный спектакль. Я, кстати, не считаю, что антреприза – это плохо, а репертуарный театр – хорошо. Есть хорошие антрепризные спектакли, и много плохих в репертуарным театре. Другое дело, что меня нет ни там, ни там.

– Вы в одном интервью рассказывали, что когда дома готовите – поете. Какие песни идут под выпечку и меняется ли репертуар, когда варите борщ?

– Интервью, в котором это напечатали, вышло недавно. Желтизна чистой воды. Просто взяли – и вырвали фразу из контекста. Мы с журналистом говорили совершенно о другом – о моей музыкальной части жизни, о том, как я успеваю помимо съемок заниматься музыкой, петь и готовить. Я пошутил, что делаю это вместе. Вообще нужно в высказываниях быть поаккуратней, конечно.

– Так вы дома готовите?

– Да. Я не женат, живу сам по себе на данный момент. Поэтому приходится готовить самому. Так как сейчас не снимаюсь, есть на это время. В моем доме появилась пароварка, мультиварка, блендер. Раньше я и представить себе не мог, что сам буду с ними управляться.

– Обычно холостяку достаточно пельменей в морозилке.

– Я прошел уже эту «пельменную» стадию. Раньше, когда родители приезжали ко мне из Риги, отец все время сетовал: «Сын в Москве питается чем попало!» Но все эти фастфудовские истории и полуфабрикатная жизнь – закончились. Во многом благодаря «Кухне», потому что я начал познавать процесс изнутри, общаться с нашими профессиональными поварами, которые удивлялись: «Старичок, как ты это ешь? Знаешь, из чего это? Пойдем, покажу!» Я все время покупал в магазинах десерты с кремом, покупал пельмени, блины замороженные, лазанью в пачках. А потом мы пошли на курсы перед началом съемок, и мне показали, из какого маргарина это все сделано. Я перестал это все покупать.

Поймите, сметана не может храниться три недели, у торта не может быть срок годности две недели. Если что-то покупать, сделанное не своими руками – то со сроком двое-трое суток. Теперь в супермаркетах я зарекся покупать сладкое. Беру два банана, грушу, пачку творога, посыпаю все это корицей, взбиваю блендером, и через 15 секунд вкусный, нежирный, низкокалорийный завтрак готов. Поел – и побежал на работу.– Благодаря «Кухне» вы стали медийным персонажем. В ресторанах вам скидки делают?

– По-разному. В московских заведениях очень спокойно относятся ко всем артистам. Уже привыкли, что кто-то «из телевизора» здесь сидит, ест. Но я заметил, что с появлением «Кухни» меня перестали дурить. Есть один коктейль, который я по молодости очень любил. Всегда заказывал его, и прекрасно видел, что жульничают, не доливают некоторые ингредиенты. А когда начали узнавать, стали наливать все составляющие грамм в грамм. Вот в этом, пожалуй, и есть один большой плюс моего участия в сериале «Кухня»!