Проректор МГУ: «Выпускники Французского колледжа при МГУ получают диплом Сорбонны»

В начале октября в Московском государственном университете на совещании ректоров крупнейших российских и французских вузов побывала министр высшего образования Франции Валери Пекресс. Она вручила почетный диплом Французского колледжа одному из лучших выпускников этого года – Артему Солощенкову. Французский университетский колледж был открыт при МГУ в 1991 году по инициативе академика Андрея Сахарова и известного французского общественного деятеля Марека Хальтера. Двухгодичное обучение в колледже дает возможность получения диплома по таким гуманитарным наукам как право, история, литература и социология. Об обучении во Французском колледже и о франко-российском сотрудничестве в области высшего образования рассказал в интервью RFI проректор по международной работе МГУ Николай Семин.

Николай Семин: В колледже осуществляется сотрудничество между МГУ и семью крупнейшими университетами Франции: Париж 1, Париж 2, Париж 4, Париж 5, Париж 8, Высшей Школой Социальных Исследований и университетом Экс-Марсель. В колледже два отделения : франкоязычное, на котором все преподавание проводится на французском языке, и дополнительное русскоязычное, в рамках которого проводятся семинары на русском языке, а лекции синхронно переводятся.

Выпускники колледжа получают диплом, который признается во Франции, диплом Сорбонны. По окончании двухлетнего курса студенты колледжа защищают дипломную работу в присутствии франко-российского жюри, что дает соответствующий статус этому диплому, который затем признается во Франции. Оценка за дипломную работу в сумме с оценками, полученными в течение обучения, определяет, достоин ли студент получения диплома.

Дипломы выдаются, как я уже упомянул, французскими университетами-партнерами, основу для этого дают соглашения, подписанные с ними. Они признаются эквивалентными окончанию первого года магистратуры во Франции, позволяют продолжать обучение в магистратуре со второго года.RFI: То есть молодой человек сначала оканчивает МГУ, а потом идет в колледж? Или он может обучаться и там и там одновременно?Николай Семин: В колледже может учиться человек параллельно со своей учебой в МГУ. Более того, в колледж принимаются и не студенты. Любой желающий может пройти вступительные испытания, собеседование и начать учебу.RFI: То есть через два года человек может получить диплом о высшем образовании, если даже он не учился в университете раньше?Николай Семин: Нет, есть определенные требования к подготовке, которую имеет поступающий в колледж человек. Это некий уже имеющийся уровень его образования.

Диплом не обязателен?

Николай Семин: Нет, диплом не обязателен. И колледж ему дает диплом, который во Франции признается как первый год магистратуры. То есть это еще не окончательный диплом о завершении учебы в высшем учебном заведении, это некая ступень, которая позволяет ему продолжить обучение во Франции на основе того признания, которое этот диплом там имеет.

А наиболее успешные случаи вы припоминаете?

Николай Семин: Сегодня перед вами один из успешных случаев. Получивший диплом молодой человек, получил стипендию для обучения во Франции. Это не редкость. Ежегодно несколько человек, лучшие студенты получают дипломы, поддержку со стороны Франции, стипендии для того, чтобы обучаться.

В этом году во французские ВУЗы записалось около 5000 молодых россиян, а сюда из Франции приезжает в 10 раз меньше. С вашей точки зрения, в чем основная причина?

Николай Семин: Я думаю, причина этому сходная с теми причинами, которые есть и в образовании в целом, то есть, это, с одной стороны, может быть, недостаточная информированность, недостаточная реклама этого заведения во Франции. В то же время, это и определенная боязнь французов ехать в Россию. Учиться здесь, потом возвращаться – это дополнительные для них действия, которые, может быть, их отпугивают. Но мы будем рады, если больше будет приезжать.

Скажите, а проблема языка здесь имеет какое-то значение? Ведь, допустим, если человек едет в англоязычную страну, молодой француз, то он говорит на английском языке. Вы сами знаете, что это сейчас такое, это современное эсперанто. А сюда чтобы приехать, надо знать русский язык или заниматься русским языком. Это не отпугивает, с вашей точки зрения, молодежь?

Николай Семин: В отношении французского колледжа, конечно, нет, потому что занятия ведутся на французском языке, все говорят по-французски. Кроме того, сегодня мы имели возможность наблюдать замечательный пример: даже министр образования Франции выступала, говорила на русском языке. Я хочу сказать, что именно в языковом отношении Франция и Россия – это удивительно тонко чувствующие друг друга страны. Здесь с языком не пропадешь, хотя вынужден согласиться, что определенные границы существуют, если отойти от учебной деятельности, то, конечно, для жизни русский язык здесь очень нужен.

А подготовительный факультет МГУ?

Николай Семин: В МГУ есть Центр Международного Образования – это подготовительный факультет, на который приходят иностранные студенты. Год перед поступлением в Московский Университет они там учатся. Не только язык они там получают, но также происходит «стыковка» учебных программ, то есть, они дополнительно готовятся по тем предметам, которые им потребуются при поступлении в МГУ, для того, чтобы получить достаточный уровень и участвовать в конкурсе на поступление.

Я сам когда-то преподавал на ПодФаке после окончания МГУ, там обучалось процентов 90 молодых людей из стран, которые тогда назывались «третьим миром». Сегодня картина такая же?

Николай Семин: Среди зарубежного контингента Московского Университета наибольшую часть занимают выходцы из КНР, я думаю, как и во всем мире. Это, к сожалению, демографический факт: каждый пятый человек на земле – из Китайской Народной Республики. Тем не менее, должен отметить, Азией и странами «третьего мира» дело не ограничивается. Нет. Там достаточно широкий разброс, есть и Европа, есть и Америка, есть Латинская Америка. Но определенный перевес студентов из стран Юго-Восточной Азии наблюдается.

Политических моментов каких-то вы тут не видите в такой разнице: 5000 и 500 человек?

Николай Семин: Нет, это скорее не политический, а демографический и экономический момент. И, конечно, вопрос языка. Если молодой человек изначально в своей стране владеет английским, то, конечно, он ориентируется на те школы, где преподавание будет на этом языке. Поскольку здесь надо учить еще один язык, это значит, что, либо он его не знал до этого и говорил только на родном языке, либо это какое-то осознанное решение учить именно русский язык.

Более общий вопрос, который не имеет отношения к французскому университетскому колледжу. Вы прекрасно знаете, что огромное количество российских ученых работает не только во Франции, но и в других Западных странах. Почему они не находят места себе здесь, в России?

Николай Семин: Вы имеете в виду, почему зарубежные ученые меньше приезжают работать к нам?

Почему российские ученые, уехавшие на Запад, остаются там работать?

Николай Семин: Знаете, во-первых, некоторые из них возвращаются. Я сам математик и заканчивал Механико-Математический факультет в начале 90-ых годов. Тогда довольно сильная тенденция была к тому, чтобы уезжать из страны. На самом деле сейчас условия, которые для работы ученых в России, в Московском Университете, предлагаются, вполне конкурентоспособны. Многие возвращаются.

Я думаю, что во многом задача уже на будущее. Возвращать тех, кто уже прижился, прирос, мы можем только в форме совместного сотрудничества. Мы очень рады: мы недавно провели в Берлине Конгресс выпускников российских ВУЗов, говорили с ними, общались. Наш ректор Виктор Анатольевич Садовничий выступал, ректоры других высших учебных заведений России. Конечно, в форме сотрудничества, в форме их приездов к нам, в форме международных коллективов мы с огромным энтузиазмом эту работу поддерживаем. Но на будущее наша задача поддерживать молодых ученых с тем, чтобы они принимали решение оставаться здесь, делать свою научную работу и карьеру в России, а не уезжать на Запад.

Кстати, достаточно ли выделяется средств на развитие фундаментальных наук? Потому что грант – это, конечно, хорошо, но на гранте далеко особенно не уедешь.

Николай Семин: Средств никогда достаточно не бывает, и, я думаю, что ответ на этот вопрос всегда будет однозначный, что средств не хватает. Я думаю, что здесь дорога с двусторонним движением: конечно, средства это хорошо, но и наука тоже должна четче формулировать и хорошо показывать, для чего ей эти средства нужны.

Поскольку фундаментальные исследования это медленное вложение капитала, здесь важно понимание государства, понимание общества, на что эти средства действительно нужны, что они «сыграют» и отработают не год, не два, а гораздо дольше. А когда это время придет, хотелось бы, чтобы все увидели, что эти средства вложены не зря.

А в России есть к этому какое-то движение, к этому пониманию фундаментальных наук, которое является рентабельным вложением?

Николай Семин: Да, к этому есть движение, и Московский Университет тому пример. В прошлом году два университета в России, Московский Университет и Санкт-Петербургский, получили особый статус. Это учебные заведения, которые как лидеры российского образования получили право самостоятельно разрабатывать свои программы развития, самостоятельно разрабатывать свои учебные планы, в том числе, планировать научный рост, предложение.

Мы определили свою программу развития. Очень большой ее блок уделен вопросам развития именно фундаментальных наук, как в приложении к каким-то конкретным проектам, так и развитию фундаментальных наук как залога инновационного развития страны на будущее. И средства будут получены, отклик такой найден, мы ведем над этим работа.

РассылкаПолучайте новости в реальном времени с помощью уведомлений RFI